Я остановился у той самой похожей на ракушку скалы, сидя на подножии которой пересылал дневной отчет на точку высадки. Посмотрел на кей-восток – небо над черными спинами спящих каменных зверей быстро окутывала мгла.
Пожалуй, я зря погрузил рацию. Судя по всему, нам придется вызывать кольцевик к новому месту ночевки – без палатки мы рискуем к утру превратиться в ледышки, несмотря на все системы обогрева.
Или мой айдим добъет до аппарата и без ретрансляции? Я прикинул расстояние – на грани уверенного приема. Запустил нетскан и с сожалением вздохнул. В тучевой зоне висели только айдим Алекслава и конты мула с летуном. Впрочем, на самом краю мелькнула какая-то призрачная точка. Конт кольцевика? Больше здесь быть нечему…
Плоскогорье качнулось и чувствительно ударило меня под пятки, бросая навзничь.
– Твою мать! – к счастью, наши новые айдимы были такими же ударопрочными, как и маломощными. Я рухнул на выставленные руки, попытался вскочить, подхватывая айдим. В воздухе стоял грозный приглушенный гул. Еще не понимая, что происходит, я начал оборачиваться к обрыву – и тут ударило снова.
Вверх поднялись облачка песка. Это было страшно. Скала качнулась – словно и впрямь была ожившей волной, земля ушла из-под ног. В мире вдруг не осталось ничего твердого и надежного, пустыня дрожала мелкой дрожью.
На сей раз я удержался на ногах, сделал было шаг вперед – и с ужасом увидел, как бежит впереди по камню, стремительно расширяясь, черная трещина. Секунда – и край обрыва, под которым работал Алекслав, качнулся, будто отколовшаяся от припая льдина, и с оглушительным грохотом исчез в облаке пыли.
Кажется, мой ступор продлился недолго. Глубокий блок, не дольше нескольких мгновений, так мне кажется. Я стоял на подкашивающихся ногах, не в силах сделать ни шагу. Грохот обвала еще перекатывался между скал, когда я стряхнул оцепенение – и бросился к новому обрыву, даже не думая о возможных новых камнепадах.
Слава богу, веревка еще держалась, уходя вниз, в густое облако пыли! Я закашлялся, схватил ее, дернул несколько раз. Она свободно подалась.
– Алекслав! – выкрикнул я, срывая горло. Мелкие камушки срывались с обрыва, текли вниз тонкие ручейки пыли. Основная масса камнепада сорвалась метрах в сорока правее, скала нависала над уступом небольшим козырьком. Если геолог находился в другой стороне уступа… Если успел поднять голову и увидеть опасность… – АЛЕКСЛАВ!!! ВЫ ЦЕЛЫ?!!
Молчание. Пыльное облако медленно рассеивалось. Я рискованно высунулся вперед, сам рискуя сорваться, и наконец различил ярко-оранжевое пятно куртки на самом краю уступа. Алекслав лежал, распростершись лицом вниз, не подавая признаков жизни. Его правая ладонь свешивалась в пропасть.
– Да… же твою в… и в глубокий блок! – я врезал кулаком по камню. Вскочил, бросаясь к дрону, затем обратно. Сорвал с пояса полевую аптечку.
Терять время было нельзя. Я присмотрелся – то ли страховку Алекслава перебило падающим камнем (хотя углетрубный трос так просто не рвется), то ли он сам отстегнул ее, чтобы свободно двигаться по уступу. Вцепился в веревку, осторожно спустил ноги через край.
– Спокойная сейсмика, мать вашу, – почти рычал я, упираясь обеими ногами в камни и цепляясь за канат до сорванной кожи на ладонях. Инструктор по скалолазанию за этот спуск снял бы мне не меньше десяти баллов одним махом! – Край плиты, черти бы вас побрали!
Уступ приближался слишком медленно. Я даже и не помню, то ли я не удержал трос, то ли осознанно его выпустил метрах в двух от камней. Помню только отдавшееся тупой болью в ногах приземление и безжизненное тело в метре от меня.
Глаза Алекслава закатились, по камням расплылось красное пятно. Я приподнял его руку и с облегчением обнаружил прерывистый пульс. Грудь медленно колебалась, я с опаской дотронулся до его головы и тут же отдернул руку, ощутив под пальцами пугающую мягкость.
Поднатужившись, я перевалил его на левый бок, поддерживая под голову, постарался уложить подальше от края. Схватил аптечку, забарабанил по ее панели, вводя код и зону травмы.
Дезинфицирующий спрей. Кровоостанавливающие агенты. Биопротекторная пена. Нашлепка мягкого форм-пластыря поверх раны. Я глянул на прогресс-бар – глубокий блок, как медленно – дождался, выдернул из контейнера еще горячий диск ЭПИ и бережно налепил его поверх сонной артерии. Снова проверил пульс и рухнул спиной к обрыву.
Так. Сделано. А что дальше?
Вряд ли я сумею безопасно поднять Алекслава на обрыв. Пожалуй, разумнее всего самому забраться обратно, связаться с экспедицией и дождаться, пока за нами не прибудет второй «скайер» с медоборудованием и Вараном. Я поднялся на ноги, торопливо шагнул к веревке. Оттолкнулся, повисая на ней всем телом. Упершись в скалу ногами, начал подтягивать себя все выше.
Тренировки у Сиверса спасли меня как минимум от увечья. С учетом всех обстоятельств, впрочем – вероятнее всего, что и от смерти.
