В день, когда я покупал краску для ремонта и готовился встречать Оловянного, мне позвонил новосибирский заяц Тим, от которого не было вестей почти два года. Странным образом Тимка находился не в Новосибе, а во Франкфурте-на Майне — без денег и крова, хотя и с обратным билетом в Россию через две недели. Объяснить это он не мог, но надежду питал только на русское консульство и на меня. Проверив службу митфаргелегенхайт, придуманную именно для таких случаев, я составил маршрут и нашёл Тиму попутную машину в Гамбург.
Тим прибыл чуть раньше Оловянного, совсем взрослый и подкачанный, — и сразу полез в холодильник.
Оловянный приехал не с девушкой, а с небесной, но какой-то пацанской красоты парнем по имени Женя. «Вы вместе путешествуете? Молодцы, а я-то
«Он ничего о тебе… то есть о вас, о таких, не знает» — зашептал Оловянный. — «Прекрасно, и кто он вообще, такой информированный? Мне отказаться в его присутствии от всякой личной жизни?» — «Просто хороший друг. Мы решили вместе поездить». Оловянный вздохнул.
Женя решил благоразумно выяснить, как мы поделим спальные места. Тим ехидно заметил, что насиловать без добровольного согласия здесь никого не будут. Я подтвердил приверженность этой гуманистической позиции и даже предложил ребятам посмотреть окружающий мир. Но идти на полисексуальную вечеринку в «Кир» Женя не хотел, сославшись на усталость и «если бы там были нормальные девчонки». И Оловянный отказался. Мы оставили их отдыхать дома, а сами сели на велосипеды и уехали в клуб.
«Бля, вот не повезло парню — влюбиться в натурала», — сказал Тим за второй водкой с «Ред Буллом», когда мы уже обсудили все новости. Я хотел было ответить, что не уверен в этой оценке, но тут к нам подошёл котик Штефф — почти дипломированный психолог и буддист, с которым какое-то время спал я сам, потом по очереди я и мой муж, а потом только мой муж. Штефф и Тим познакомились. На смеси русского, немецкого и английского мы поговорили о том, насколько далеко можно зайти в поисках собственного «я», потом перебрались на танцпол, выпили и поговорили ещё. Судя по вниманию окружающих, эффектный Тим невольно занял в эту ночь роль Главной Звезды клуба. Я устало и мудро взирал на бушующие страсти. После того как несколько человек предприняли в отношении Тима отчаянные попытки приголубить и угостить напитком, Штефф, очевидно, решил больше не терять времени и брать быка, хмм, за рога. «У тебя такие красивые губы, — сказал он Тиму, потупив взгляд, — как жаль, что я не могу их поцеловать». Я не сдержался и выразительно фыркнул. «Why not?». — Тим уже подтягивал к себе Штеффа.
Итак, я чувствовал себя слишком многоопытным и усталым для этого мира. Но мир тем не менее не собирался меня отвергать. Возможно, потому что на мне была майка с большим медведем в позе «превед». На танцполе я поймал взгляд раскованного, судя по всему, парня. Спортивного, бритого под ноль. Мы без слов поняли друг друга. Проблема состояла лишь в том, что в «Кире» нет тёмной комнаты. А клубная ночь была особенно людной. Пришлось проталкиваться в туалет… Я совершенно вылетел из пласта реальности, поскольку человек хорошо знал своё дело. Смачно отсасывая, достал презерватив и спустил джинсы со своей крепкой попы… Я вставил и начал двигаться. Скорость нарастала. Пакет мускулов сам насаживался на меня. И я уже думал, что вот-вот… Но меня неожиданно выбросило из процесса: под стенкой туалетной кабинки я заметил чью-то руку с видеокамерой.
Пнул, насколько мог переместить центр тяжести, камеру ногой и попытался снова сосредоточиться на прекрасном. Но практически перед оргазмом снова заметил объектив… возможно, оператор работал профессионально. Бритый и спортивный похлопал меня по плечу, шепнул «чао» и исчез.
Первой же мыслью было, что меня заманили. Вот веселье. Утешали два момента: в шантаже я не видел смысла, да и своей наготы не слишком стеснялся. Тем не менее, было бы интересно узнать, кто и зачем устроил съемку. Вмешался, так сказать, в мою частную (!) жизнь. В раздумьях я незаметно добрался домой.
Небесной пацанской красоты парень Женя посапывал во сне, а Оловянный задумчиво сидел у окна. Стоило автопилоту довести меня до кресла, как я просто отрубился, в неудобной позе и даже в верхней одежде.
К позднему завтраку подтянулся Тим. «Аспирин есть от головы?» — спросил он первым делом. «Похмелье или где-то ударился?» — поинтересовался я. «Откуда ты знаешь, что я ударился?» — «Богатый жизненный опыт».
