Преклонив голову в тихой задумчивости у ротонды-эстрады, она, похоже, припомнила, какой была до того, как попала в золочёную королевскую клетку. Припомнила, каково быть молодой и оказаться одинокой и беззащитной прохожей на тёмных улицах ночного Лондона. Ей просто хотелось отдать дань памяти трагической жертве Сары и уважения её безутешной семье.
На кратчайшие мгновения она снова предстала Кейт Миддлтон, молодой женщиной со стержнем, которая делает то, что делает, исключительно по той причине, что считает это правильным.
Две женщины настолько увлеклись разговором, что чай в чашке перед Кэтрин давно остыл, когда она сподобилась, наконец, его попробовать, рассмеялась, но выпила-таки залпом. Собеседницей её была писательница Джованна Флетчер, сумевшая заставить Кэтрин забыть не только про чай, но, похоже, и про то, что разговор свой они ведут под запись сверхуспешного подкаста Джованны «Счастливая мама, счастливое дитя». Дело было в феврале 2020 года.
– Полнейший пик карьеры! Просто сидят две мамы – и болтают, – описывала позже эту свою затею Джованна в суперпопулярном реалити-шоу ITV
Это был выстрел в яблочко. Если кто-то раньше и не слышал о существовании такого подкаста, то после появления в нём герцогини и последующего за ним огромного количества публикаций по его поводу в СМИ о нём узнали все. Так подкаст актрисы, телеведущей и писательницы взлетел на заоблачный топ.
Но самым удивительным в этом интервью было то, что известная скромница Кэтрин неожиданно разоткровенничалась относительно всевозможных аспектов своей глубоко личной жизни. Стенограмму этого выпуска пресса буквально измусолила и растащила на заголовки, что и не удивительно, поскольку откровения Кэтрин впервые позволили публике по-настоящему заглянуть в душу загадочной герцогини.
Кэтрин рассказала и о том, как тяжело протекали три её беременности, и о том, как её по временам снедало чувство «материнской вины», когда ей приходилось оставлять детей на попечение няньки ради исполнения официальных обязанностей. Её готовность обсуждать свои слабости, тревоги и опасения относительно собственной родительской неумелости сделали эту беседу одним из самых откровенных королевских интервью в истории.
На вопрос об испытываемых ею угрызениях совести и чувстве вины Кэтрин ответила:
– Всякая мать, которая [якобы] их не испытывает, лжёт. Даже вот этим утром, они меня спрашивали: «Как так? Ты нас даже до школы не подбросишь?» Это же постоянный вызов.
Кэтрин, пользовавшаяся услугами наёмной няньки с 2014 года, тем не менее уверяла собеседницу, что все основные обязанности матери выполняла и выполняет сама.
– Есть тяга к тому, конечно, – ответила она на вопрос, не проще ли вовсе перепоручить детей няньке. – Но такая уж я настырная мама, что всё, что бы ни делала, предпочитаю делать сама на благо детей, поскольку понимаю, что никто лучше меня с этим не справится.
Затем разговор зашёл о тяжёлых утренних приступах тошноты со рвотой во время всех её беременностей – синдроме, известном у медиков под мудрёным латинским именем
– Очень дурно бывало по утрам, – призналась она таким тоном, что ни у кого не могло остаться ни малейших сомнений, что дурнее не бывает. – Так что самыми счастливыми мои беременности не назовёшь. Все три раза так было. Хотя у многих, я знаю, бывает и хуже, но всё равно, это пытка. Не только для тебя, но и для близких.
Также она поделилась рассказом о том, как тяжело ей дался выход к прессе и публике с новорождённым первенцем на руках:
