Удостоилась чести стать её преемницей на некоторых лакомых ролях и Кэтрин, ставшая, в частности, новой патронессой Всеанглийского клуба лаун-тенниса и крокета, более известного просто как Уимблдонский. Это привело Кэтрин в неподдельный восторг, поскольку она с детства была заядлой теннисисткой, пусть и любительского уровня, унаследовав страсть к этому виду спорта от отца. И болельщицей она с самого детства была отъявленной, так что её регулярно видели в королевской ложе Уимблдона задолго до препоручения ей роли попечительницы. В ту пору она ещё шутила: «Всякий раз во время Уимблдона я думаю, мол, да, могла бы и сама ракетку расчехлить. К сожалению, без особых результатов».
Впоследствии, рассказывая в 2017 году во всех подробностях об этой роли своей мечты в интервью BBC Radio One, Кэтрин сообщила слушателям о том, что теннис – любовь всей её жизни, и поделилась воспоминаниями о регулярных посещениях Уимблдонского турнира в роли зрительницы, сказав, в частности: «Сама возможность отправиться на Уимблдон и стать частью его удивительной атмосферы есть нечто особенное. Это вдохновляет молодёжь и меня, в том числе». Через шесть лет она раскрыла британской победительнице US Open Эмме Радукану, как в своё время выстаивала вместе с отцом и сестрой в многочасовых очередях за билетами на трибуны Уимблдона: «Да, было у меня и такое… Может, и не с ночи, но с первыми проблесками зари пристраивались… ведь это было столь важно тогда – заполучить заветные пропуски на корты».
Герцогиня попала в точку и оказалась в центре всеобщего внимания, появившись в июле 2017 года на Уимблдонском турнире в моднейшем белом платье в крупный чёрный горошек от Dolce & Gabbana и с новой, укороченной стрижкой чуть ниже плеч. В числе именитых игроков прошлого и настоящего, с которыми ей довелось там пообщаться, была легендарная девятикратная чемпионка Уимблдона в одиночном разряде Мартина Навратилова. Для Кэтрин это была работа её мечты, вот только очень уж напряжённая в силу её освещения на самом высшем уровне.
В то же время она неуклонно повышала и объём возлагаемой на себя будничной работы. В частности, взяла на себя королевское шефство над Barnardo’s, одной из известнейших детских благотворительных организаций Великобритании; британским подразделением Save the Children International, вероятно, самой влиятельной в мире организации по оказанию гуманитарной помощи детям; и Национальным обществом предотвращения жестокого обращения с детьми (NSPCC), старейшей и известнейшей благотворительной и озабоченной защитой прав детей организации у себя на родине. Теперь герцогиня была воистину в центре всеобщего внимания на авансцене событий, как никогда до этого за всю свою жизнь. Королева выказывала высшую уверенность в её способности со всем этим справиться, и Кэтрин была решительно настроена оправдать доверие её величества. К тому времени она давно совладала с нервами и более не выказывала на публике ни малейших признаков дискомфорта, которые были ей присущи в первое время.
Как раз тогда же британское правительство начало усматривать в герцоге и герцогине Кембриджских идеальных посланцев в континентальную Европу в непростой ситуации, сложившейся после выхода Великобритании из ЕС (т. н. «Брексита»). Они доносили до континентальных соседей не только толику молодости и гламура, столь полезного для восстановления мостов, но и ясный посыл о том, что дружба продолжается.
Это было трудно, но и британская, и французская стороны сделали всё для того, чтобы идея сработала. 17 марта 2017 года Уильям и Кэтрин были встречены в Париже французским президентом Франсуа Олландом на пике бури, разразившейся по случаю выхода Британии из Евросоюза. При этом это был первый официальный визит принца в столицу Франции со времён трагической гибели там его матери в августе 1997 года. Но в данном случае речь шла не о столь давних делах, а о дипломатичном восстановлении добрососедских отношений. Уильям и Кэтрин постояли, позируя и широко улыбаясь, по обе стороны от президента, после чего впервые в жизни проследовали по его приглашению в Елисейский дворец.
Среди обсуждавшихся там тем по официальному заявлению принимающей стороны фигурировали сирийский конфликт и борьба с терроризмом, а также двусторонние отношения между Францией и Великобританией. Чуть позже Уильям обратился с речью к собравшимся в приёмной французского президента, в которой заявил, в частности: «Это партнёрство продолжится несмотря на недавнее решение Британии покинуть Евросоюз. Глубина дружбы и широта сотрудничества между нами от этого ничуть не изменятся».
