– Виват! – и на него из темноты коридора бросился ворон, целясь тяжелым клювом прямо в макушку. Кевин ловко увернулся, засунул часы поглубже в карман брюк и отбежал вглубь коридора. Нельзя было выходить из Башни, пока ворон преследовал его. Виват расправил крылья и вновь попытался атаковать мальчика. И тут Лин снял со стены огромный тяжелый абажур подсвечника, перевернул его вверх ногами и ловко накрыл Вивата стеклянным конусом, словно колпаком.
Кевин пригладил взъерошенные волосы, Лин бережно положил уже полностью ставшей видимой Квинн в рюкзак, и они втроем вышли из Кровавой Башни. Вокруг прогуливались ни о чем не подозревающие туристы, и никто не обращал на детей внимания. Быстрым шагом они дошли до главных ворот, которые любезно распахнул перед ними ученик Хромого Боба, и едва выйдя наружу, бросились наутек.
Они пробежали мимо стен Тауэра, свернули на мост, как вдруг у Лина зазвонил мобильный телефон.
– Это мистер Розенталь! – объявил Лин и поднес телефон к уху. – Я плохо Вас слышу, говорите помедленнее!
Дети перешли на шаг. Вокруг было шумно – толпы туристов и уличных музыкантов мешали Лину понять хоть слово.
– Мистер Розенталь, Вам надо говорить прямо в телефон! – сказал он и повернулся к друзьям:
– Наверное, борода мешает, – пояснил он и вновь переспросил, – Вы идете по мосту, я правильно понял? Кто? Какая еще голова? Ничего не понимаю, – рассердился Лин. Он закрыл свободное ухо ладонью, пытаясь отгородиться от звуков улицы, и повернулся спиной к друзьям.
Кевин прислушивался к разговору и вдруг по обрывкам слов друга начал догадываться, о чем пытается предупредить ребят мистер Розенталь. Он только открыл рот, чтобы сообщить Лину о своих подозрениях, как вдруг увидел в толпе прохожих стремительно приближающуюся к нему голову Кэрью Мортона. Она медленно плыла по направлению к нему в воздухе. Туристов было так много, что никто не обращал на голову без туловища никакого внимания. От неожиданности мальчик заметался, прижался спиной к поручням моста, засунул руку в карман в поисках часов, но не успел ничего сделать, потому что со спины на него налетел ворон и ударил его клювом прямо в макушку. На секунду все поплыло у Кевина перед глазами. Он пошатнулся и почувствовал, что летит куда-то вниз. Всего за несколько секунд до соприкосновения с водой, он окончательно потерял сознание, и быстрые воды Темзы подхватили его бесчувственное тело и понесли мимо стен Тауэра в сторону Парламента.
Кевин с трудом открыл глаза, но яркий белый свет больно полоснул по ним. Он сразу же зажмурился и застонал.
– Сынок! – услышал он нежный голос мамы. Не открывая глаз, Кевин попытался что-то сказать, но сухой язык не слушался его. Он почувствовал, как она провела ладонью по его волосам, а потом смочила его лоб водой.
– Где я? – одними губами спросил Кевин.
– В больнице, малыш. Все хорошо! Ты скоро поправишься, и мы заберем тебя домой.
Кевин очень удивился.
«Как это, в больнице?» – подумал он. Он попытался вспомнить, что произошло до того, как он заснул, но память будто стерло ластиком. Он почувствовал, как мама поднесла к его губам что-то мокрое.
– Пей, – ласково сказала она. Это лоллипоп, губка на палочке, смоченная водой. Кевин зажал ее губами и подвигал языком. Стало легче.
– Мам, – с трудом проговорил он, – что со мной произошло?
– Тебе нельзя волноваться, Кевин, я потом тебе все расскажу. Главное, что ты в безопасности.
Он осторожно приоткрыл глаза и сквозь ресницы увидел ее заплаканное лицо.
– А почему я в больнице?
– Потом, все потом, а сейчас я позову врача и позвоню папе. Мы все очень волновались, – она поцеловала его в лоб и исчезла.
«Может, мне это все снится?» – подумал Кевин. Он с трудом повернул голову и увидел провода, соединяющие его с каким-то странным аппаратом, издающим непонятные хлюпающие и попискивающие звуки. Он попытался поднять руку, но от нее тянулись разноцветные трубочки, исчезающие где-то за кроватью, которые сковывали движения. Кевин наморщил лоб и, что было сил, попытался вспомнить, что с ним случилось. Спустя минуту он уже забылся крепким сном.
Утром его разбудили незнакомые голоса полушепотом упоминающие его имя. Он прислушался.
– Очень сильный мальчик! Вот его результаты анализов крови, – произнес женский голос.
– Ну что ж, скоро можно выписывать! – ответил мужской голос. – Еще, глядишь, наш герой успеет на финал!
«Финальный матч…» – пронеслось в голове Кевина. «Точно, я же вратарь! Может, я ударился во время игры в футбол…» – подумал он.
– Кевин! – осторожно позвал его мужской голос. – Если ты нас слышишь, кивни.
Кевин немного помедлил, думая, стоит ли еще притворяться, что он спит или это ни к чему, и, решив, что это не опасно, кивнул. И тут же удивился. «Интересно, а почему я боюсь незнакомых людей. Может, мне угрожает какая-то опасность…»
– Ты можешь сжать руку? – вновь услышал он мужской голос. – Отлично. А теперь согни ногу. Прекрасно. Ну что ж, переведем тебя из палаты интенсивной терапии в общую!
– Хоть с друзьями встретишься! Они уже две недели дежурят под дверью! – рассмеялся женский голос.
