СССР предлагал возобновление снабжения, улучшение качества экспортируемого сырья, увеличение ввоза сельскохозяйственных машин, увеличение импорта кубинской продукции и установку на Кубе атомных электростанций. Взамен русские требовали, чтобы Кастро навсегда прекратил какую бы то ни было критику Советского Союза, чтобы он разрешил присутствие пяти тысяч, по меньшей мере, советских специалистов для руководства всеми отраслями экономики, а также чтобы он полностью подчинил ДГИ КГБ. Их самое главное требование лишь подразумевалось: Кастро должен делать то, что ему говорят.
В августе 1968 года, когда зарубежные коммунистические лидеры во всем мире, от Китая до Чили, осудили вторжение в Чехословакию, Фидель Кастро, этот ярый враг империализма, встал на его защиту. "Советский Союз, — сказал он, — прав, пытаясь предупредить "тем или иным путем" развал социалистической страны". Начиная с того времени и по сей день он послушно следует советской линии. В 1970 году в напечатанном в "Известиях" интервью, Рауль Кастро сказал: "Мы многому научились в прошлом. Мы повзрослели. Поэтому мы уверены, что возможности дружбы и сотрудничества между Кубой и Советским Союзом стали сейчас гораздо более определенными". Со времени кубинской капитуляции в 1968 году брат Кастро служит самым сильным связующим звеном между Москвой и Гаваной.
Медленно, но верно овладевал Советский Союз своим новым приобретением — ДГИ — вводя туда все те виды контроля, которые он использует в других разведывательных службах стран-сателлитов. Дабы послушание сотрудников ДГИ было более приемлемым для них самих, все основные приказы Москвы, касающиеся политики правительства, реорганизаций и новых операций, передаются через Рауля Кастро. Чтобы удостовериться в выполнении приказов, КГБ усилил вербовку сотрудников ДГИ в качестве советских агентов и поместил генерала Виктора Семенова в кабинете рядом с комнатой шефа ДГИ. Семенов должен санкционировать годовые оперативные планы всех отделов ДГИ. Вместе со своими подчиненными из КГБ он контролирует все операции, когда дело касается какого-либо важного агента ДГИ. С помощью Рауля КГБ избавился от Мануэля Пинейро Досада ("Красная Борода"), этого антисоветски настроенного директора ДГИ, и вместо него ввел туда Жозе Мендеза Коминчеса в качестве фактического руководителя. Теоретически ДГИ подчиняется Пинейро — первому заместителю Министра внутренних дел, однако на практике ему позволяется только руководить политикой кубинской поддержки "освободительных войн"; Мендез же делает все возможное, чтобы держать его в неведении относительно операций ДГИ.
Весной 1970 года Рауль вернулся из Москвы со множеством приказов, целью которых была полная реорганизация ДГИ и другие значительные перемены. По требованию СССР численность кубинской армии была сокращена, а высвободившиеся средства переданы секретной службе. ДГИ стала расширяться, и число ее штатных сотрудников достигало двух тысяч, в дополнение к четыремстам агентам, занимающимся под руководством Пинейро поддержкой террористических организаций и разжиганием партизанских войн. Оставив без внимания возражения Министерства Иностранных Дел, ДГИ захватила дополнительно около 130–140 дипломатических постов в кубинских посольствах во всем мире. Впервые кубинцы стали назначать сотрудников разведки на должности послов в неафриканских странах. В 1971 году восемь из десяти сотрудников кубинского посольства в Лондоне были офицерами ДГИ. В том же году на пост посла Кубы в Японии был назначен сотрудник ДГИ Рикардо Кабисас Руиз. Такие дипломаты постоянно вооружены, а кубинские посольства похожи на арсеналы с козлами для автоматов, ручными гранатами и советской взрывчаткой, которые провозятся в мешках с дипломатической почтой.
ЦК КПСС заставил ДГИ выполнить целый ряд особо рискованных или политически опасных операций, которые могли быть полезны только лишь Советскому Союзу. Несмотря на то, что Кастро относился весьма благосклонно к Фронту Освобождения Квебека и другим канадским сепаратистам, он не хотел поддерживать их открыто, не желая ухудшать дипломатические отношения с Канадой. Однако по приказу Советов в 1969 году ДГИ начала тайные связи
Составленный под руководством КГБ оперативный план ДГИ на 1972 год предусматривал обучение кубинцами членов Ирландской Республиканской Армии тактике ведения террористической и партизанской войны. Сотрудники ДГИ осуществляют с ИРА связь через британских коммунистов в Лондоне. Вне всякого сомнения, Кубу совершенно не интересуют ирландские дела. Ее готовность заниматься тайной интервенцией в Ирландии с риском навлечь на себя гнев Британии является еще одним проявлением ее послушания Советскому Союзу.
