Десантники устремились по крутому подъему в горы, обрызганные теплой росой редких трав. Вперед! Вверх! Быстрее! Аккуратно, почти бесшумно сняли посты. Но вдруг камни ожили: длинными очередями ударили пулеметы и автоматы, загрохотали станковые гранатометы. Шульга вместе с товарищами оказался в огненном мешке. Бой был короткий и нервный. Обошлось без потерь. Душманскую базу захватили как нельзя вовремя. Видно, недавно пришел караван с оружием. Каменные утробы пещер, переоборудованных под склады, были битком забиты разнокалиберной гаммой боеприпасов, оружия и продовольствия. Вывезти все это богатство духи не успели.
Владимир Шульга:
– Взяв образцы захваченного оружия и взорвав все, что осталось, мы отправились в обратный путь. Охрану пленного проводника я поручил санинструктору. Тот, не долго думая, нагрузил на пленного часть рюкзаков, пошагал, радуясь такому повороту событий. Стали спускаться. Косой тащит на себе груз, устанет, сядет на задницу, съедет по склону, встанет и дальше идет. Слышу – в его рюкзаке гремит что-то. Спросил санинструктора, в чем дело.
– А мы ему, товарищ старший лейтенант, образцы мин наложили…
– Дурак, он сейчас рванет, и мы вместе с ним к Аллаху на блины полетим. От себя ни на шаг не отпускай!
В батальон вернулись под вечер. Посадив пленного под охрану, пошатываясь от усталости, побрел к себе. В голове шумело. Спать хотелось до тошноты. Больше двух суток пробегали по горам. Наутро жизнь заиграла новыми красками. Вспомнил о пленном, подумал, что больше от него толку не будет, надо его царандою передать.
– Товарищ старший лейтенант, пленный погиб при попытке к бегству, – четко доложил о ночном происшествии часовой.
– Какое бегство?.. Он на ногах еле стоял после марш-броска, – говорю.
– Это он прикидывался, чтобы нас с толку сбить. А когда все уснули, попытался убежать, – не моргнув глазом, ответил десантник.
Более вразумительного ответа я добиться так и не смог.
Страница двадцать вторая: борьба с самоуправствомВладимир Шульга:
