— Проще, чем кажется. Сначала введут временный пег один к одному, потом постепенно отцепятся. Я же их сам консультировал по всем вопросам, думал, вместе будем работать. А выяснилось…
— Знакомо, — сказал Шкуро. — С мировыми элитами всегда так. Трудишься на них как проклятый, мажешься для них в дерьме, а затем оказывается, что в их планах на будущее тебя просто нет.
Было непонятно, о ком сейчас говорит Мощнопожатный — о бароне или о себе.
Барон только вздохнул. Вздох этот был механическим, похожим на гул вентилятора в трубе, но каким-то загадочным образом передал эмоцию.
— Вы реальный правитель Добросуда. Позвольте говорить с вами прямо, потому что любое другое поведение было бы неуважением.
— Конечно, — пророкотал Шкуро.
— Ваша держава весьма мощна в смысле бесконечных просторов, ресурсов и армии, особенно конницы. Меня всегда восхищали ваши… Эгм-м-м… Улан-баторы, скачущие через степь. Величественное зарево над Курган-Сараем…
— Не надо об этом.
— Но в финансовом плане, увы, ваша страна — это карлик. И не просто карлик, а крайне уязвимый карлик. Над вами может безнаказанно глумиться любая нация-ростовщик. Только не подумайте, что я говорю это с высокомерием. Нет. У такого положения дел глубокие и благородные древние корни… Эгм-м-м… Всякое там нестяжательство, духовность… В общем, сами знаете.
Даже мне было понятно, что нужная для культурных референций информация подсасывается в мозг барона прямо в реальном времени — как раз в те минуты, когда он мычит.
— Знаю, — ответил Шкуро. — Как не знать.
— Я хочу предложить радикальное решение. Представьте себе, что будет, если мы соединим вооруженную силу Доброго Государства с моей эмиссионной мощью. Мы сможем сделать вашу страну всемирным финансовым хабом.
— Каким образом?
— Я готов перенести штаб-квартиру и расчетный центр в Сибирь. Куда-нибудь, где меня гарантированно не достанут. Мне нужна будет охрана, ресурсы и мощный электрический источник. Ваши улан-баторы станут охранять мои майнинговые фермы, а мои боливары оросят ваши просторы золотым дождем… Вместе мы сделаемся непобедимы.
— Вы не планируете переходить на сверхэкономичный майнинг? — спросил Шкуро.
— Это все усложнит, — ответил барон. — К тому же «TRANSHUMANISM INC.» ограничивает доступ к оборудованию и квантовым технологиям. Поэтому я предпочел бы перевезти существующие майнинг-фермы в Сибирь. И своих индейцев тоже. Надо будет только сшить для них теплые полушубки-анораки и построить несколько жертвенных пирамид. Еще, конечно, теплицы для коки. У меня уже готовы проекты и прайс-листы, это сущие пустяки. Все необходимые средства я эмитирую немедленно.
— Интересная мысль, — сказало мое горло. — Но вы, возможно, знаете через свои источники, что у нас в Тайном Совете как раз обсуждали ввод собственной цифровой валюты. Тоже на сверхмалом потреблении и с биологической генерацией. На своем уникальном оборудовании. Но с другой, так сказать, нарративной подтанцовкой.
— Я слышал, — ответил барон.
— Мы как раз думаем, — продолжал Шкуро, — как оформить майнинг-генерацию. Нашему народу свойственно чувство исторической справедливости, и оно обязательно должно быть отражено в этой практике. Нам нужен мощный, объединяющий, понятный каждой душе перформанс, производящий необходимое электричество.
Говоря, я еле переводил дух — дышать было тяжело, будто в моих легких струился ядовитый газ.
— Если вы закупите серое оборудование за Великой Стеной, — сказал барон, — контролировать процесс будете уже не вы.
— Опасность есть, — кивнул моей головой Шкуро.
— Дело даже не в железе. Вы не представляете, какие черви и баги зашиты в программном обеспечении. А я кое-что знаю. Если угодно, вся сверхэкономичная технология майнинга и есть один большой червь, работающий на «TRANSHUMANISM INC.»
— Тоже правда.
— Именно поэтому я не хочу ничего менять, — продолжал барон. — Боливару рано уходить. На нем держится мир. Если вам нужна эстетически окрашенная национальная расчетная единица, это не проблема — мы сможем установить, э-э-э… какой-нибудь перманентный пег между боливаром и вашим… Как он будет называться?
— Деревяк, — ответил Шкуро.
— Деревяк?
— Да. Мы сделали фокус-исследование. Всем нашим вроде нравится. Звучит экологично и традиционно. С намеком на наши бескрайние сибирские леса и ветрогенезис… Вы, кстати, как относитесь к ветрогенезису?
— Это будет зависеть от вашего отношения к боливару.
— Понятно, — засмеялся Шкуро. — Другого не ждал. Что же, господин барон, вы сделали нам крайне интересное предложение. Я немедленно соберу Тайный Совет, и мы все обсудим.
— Поспешите, — сказал барон. — У меня есть информация, что трансгуманисты отправили для моей ликвидации своего лучшего сикарио. Команда киллеров пытается проникнуть в мое окружение прямо сейчас, и мы не знаем, кто это. Я буду в опасности, пока не перееду в Россию. Потом нам будет проще. Шутить с кобальтовым гейзером не посмеет никто.
— Вы получите ответ очень скоро, — сказал Шкуро. — Может быть, через час или два.
— Замечательно. Жду от вас хороших новостей за ужином.
