О расписании говорить не приходилось — тем не менее, Максим не без радости прошел к установленным в правой части зала тренажерам. С некоторых пор физические нагрузки начали доставлять ему удовольствие.
Он занимался почти сорок минут, потом в зал заглянула Айрис и позвала всех обедать. Быстро сполоснувшись в душе, Максим отправился на кухню.
Сразу после обеда девушки отправились наверх, в комнату Рады, а Максим с Борисом и Романом расположились в зале. Разумеется, разговор сразу зашел о ночных событиях.
— Вы с Радой и Айрис вытащили их через портал? — спросил Максим, имея в виду чудесное спасение Кости и Марьяны.
— Не совсем, — покачал головой Борис. — В данном случае мы использовали сновиденные техники. Сначала Рада отыскала Марьяну и Костю, выяснила, как их охраняют. Потом мы втроем — Айрис, Рада и я собрались на Поляне, это наше место для встреч в сновидениях. Оттуда Рада провела нас в резиденцию легионеров. Дальше я занимался Марьяной, а Рада и Айрис — Костей.
— А почему не наоборот? — поинтересовался Максим.
— Марьяна умеет сновидеть, перетащить ее легче, чем Костю. Я мог справиться с ней один. А для Кости нужны были совместные усилия Рады и Айрис. Ровно в четыре пятнадцать утра мы появились в их камерах — так, чтобы нас не заметили видеокамеры наблюдения.
— Что значит — появились? — вставил Максим. — Реально?
— Почти, — улыбнулся Борис. — Это то, что Кастанеда называет «временем дубля». Твое тело сновидения становится реально видимым и осязаемым — находясь в нем, ты можешь взаимодействовать с обычным физическим миром. После этого я оборвал провод видеокамеры — для дубля с его силой это раз плюнуть, подошел к Марьяне. Сместив ей уровень осознания, вытянул ее сновиденное тело и переправил в спальню этого дома. А дальше помог ей проснуться, для нее это стало пробуждением в удаленной позиции сновидения. При таком трюке происходит своеобразное «переливание» человека из одной точки пространства в другую. Сначала перемещается сновиденное тело, затем в новую позицию перетягиваются и все эманации физического. Человек реально исчезает, от него остается только одежда. Дальше мне оставалось только проснуться в своем теле и пройти в спальню к Марьяне.
— А твой дубль? — поинтересовался Максим. — Куда он делся?
— Дубль существует столько, сколько он нужен, — пояснил Борис. — Как-нибудь я тебе это продемонстрирую, сейчас я малость устал для таких экспериментов. Что касается Кости, то его наши ведьмы вытянули точно таким же способом. После этого Айрис могла уйти к себе, но тоже предпочла проснуться здесь, именно поэтому она оказалась без одежды.
— Одежда всегда теряется?
— Нет. Можно прихватить с собой и одежду, но Айрис было просто не до этого.
Максим немного помолчал, осмысливая сказанное. Потом снова взглянул на Бориса.
— Хорошо, а чем отличается перемещение через портал от перемещения с помощью сновидения? Только тем, что при перемещении через портал ты не спишь?
— Нет, — покачал головой Борис. — Видишь ли, существует множество разных схем. И тот же классический портал — это некое монументальное сооружение вроде Стоунхенджа. Слышал о нем?
— Конечно, — кивнул Максим. — Круг из каменных блоков.
— Именно. Ученые до сих пор гадают, что это — культовое сооружение, какая-то астрономическая обсерватория или что-то еще. Хакеры считают, что Стоунхендж — центральный элемент древней системы порталов. Вспомни, как он устроен: через определенное расстояние в круг выстроены каменные блоки, сверху перекрытые такими же плитами. Получается кольцо со множеством п-образных ячеек. А теперь представь колесо — скажем, от телеги, где центральная втулка и есть Стоунхендж. Лучи-спицы задают направление перемещения. А обод колеса представлен ответными п-образными элементами — то есть две вертикальных плиты и перекрывающая их сверху третья. Таким образом, мы имеет центральный узел — собственно Стоунхендж — и систему удаленных порталов. Путешествие из одного удаленного портала в другой всегда проходило через центр: маг входил в удаленный портал, выходил через соответствующую ему ячейку центрального узла. Оказавшись внутри Стоунхенджа, он подходил к ячейке, ведущей к нужному ему удаленному узлу. Входил в нее, и выходил в нужном месте. В этом смысле Стоунхендж выступал в роли центральной пересадочной станции.
— Круто, — улыбнулся Максим. — И всё это реально работало?
— А почему нет? Просто современные люди не верят в порталы, для них это фантастика. Вот и считают Стоунхендж чем угодно, только не тем, чем он был на самом деле. Могу сказать, что такие системы порталов существовали и на территории России. В простейшем случае это были выложенные в круг — разумеется, с промежутками — массивные камни. Пространство между двумя камнями определяло направление перехода. Остатки таких сооружений можно встретить даже сегодня.
— Но получается, что это стационарные порталы, — сказал Максим. — Такой портал с собой не унесешь. А когда ты ушел из Интернет-кафе, там камней не было.
