– Я тоже тебя хотела. А ты был с ней! – выдохнула, когда её клитора вновь коснулась его головка.
– Забудь о ней. Обо всех забудь. Я тебя только хочу.
– Ложь. Ты так говоришь только сейчас. Чтобы я уступила.
– Прекрати, Аня. Я могу взять тебя силой.
– Великий халиф… – она задыхалась от желания и текла на его член. – Осквернит своё доброе имя насилием над женщиной? Сомневаюсь.
Он схватил её за горло, сильно сжал. Так, что услышал её сердцебиение. Её сердце билось, как пойманная в силки птица.
– Ты не представляешь, что великий халиф может с тобой сделать. Так что не буди во мне зверя, – пальцы на шее разжались, а она заметила, что он схватил её больной рукой.
– Твоя рука…
– Да. Ты её исцелила. И за это я буду благодарить тебя до утра.
– А может это Валия и Бушра со своими отварами? Как знать, может тебе их надо благодарить?
Он цыкнул, усмехнулся.
– Впусти меня, Аня. Позволь показать, как я тебя люблю, – от его «люблю» по её коже поползли мурашки. И чувствует, как он привязан к ней, а всё равно сопротивляется.
– А если не впущу? Изнасилуешь?
– Лучше тебе не знать. Я уже на грани, – он, и правда, был в одном шаге от пропасти.
– Тогда покажи мне все свои грани, – прошептала ему в губы своими влажными и блестящими. Однажды они будут обхватывать его член, играть с ним и просить ещё. Но пока рано. Её, как дикую кобылицу, нужно объездить, приручить, показать, кто хозяин.
Со стоном он вошёл в неё до самой мошонки. Аня выгнулась, принимая его в себя.
– Ну как тебе? Хорошо? – медленно задвигался в ней, а Аня вцепилась в его плечи. – Мне так же хорошо с тобой. И других я не хочу.
– Ложь. Ты всё врёшь, – выдохнула она, когда он врезался в неё своими бёдрами.
– Что ж, пусть будет ложью, раз тебе так хочется в это верить.
Трахал её не жалея и не останавливаясь. Жадно и голодно брал свою строптивую первую леди и жёстко целовал, а то и кусал её губы и соски. Соски облизывал, дул на них, и они становились острыми пиками. Сжимал полную грудь, массировал уже почти плоский живот. Она восстановилась после родов и стала ещё прекрасней. Знала бы она, насколько. Ему тогда не было бы спасения.
Вытащив из неё мокрый от соков и спермы член, заставил её взять его рукой. Показал, как надо мастурбировать, а сам встал на колени, возвышаясь над ней, как гора.
Аня всё поняла и игра ей, похоже, нравилась. Когда он начал кончать, она направила его на свою грудь и шею, сладко застонала. Но не кончила. Он бы такое не пропустил.
– Оближи его, а сперму размажь по своему телу, – Асад ожидал, что она запротестует, что ей это покажется чем-то грязным. Но Аня послушалась и сделала так, как он хотел. Смотрел, как она слизывает с его члена последнюю каплю спермы и падает на подушки.
– Мы ещё не закончили, – предупредил её с усмешкой и поймал в больших, прекрасных глазах вопрос, на который тут же ответил, опустившись вниз к её животу.
– Щекотно, – засмеялась Аня, на что он улыбнулся как плут.
– А сейчас? – опустившись ещё ниже, он припал губами к её клитору, провел языком между нежных лепестков.
– Асад! – она дернулась, чтобы отползти от него, но была крепко зафиксирована двумя его руками.
– Замолчи, – приказал ей и раздвинул ноги, которыми она сжимала его голову. – А хотя… можешь кричать.
Он выписывал языком круги вокруг припухшего от похоти клитора, вылизывал её нижние губы и пальцами входил во внутрь. Аня застонала, когда он уже не нежно начал трахать её пальцами и прикусывать нежную горбинку. А через несколько минут она кончила ему на язык. Он жадно облизал её промежность, поднялся над ней.
– Тебе понравилось, – усмехнулся.
– Тебе тоже, – не осталась в долгу она.
– Отлично. Тогда полежим и продолжим.
Мы нежились в постели до утра и только на рассвете уснули. Когда Асад встал и ушёл я не слышала.
Меня разбудила Алия. Потрясла за плечо, позвала по имени.
– Госпожа Аня! Вставай! Слышишь? Асме плохо!
– Что? Что случилось? – сонно заворчала я, пытаясь сесть на кровати.
– У Асмы животик болит, она так плакала! Доктора уже вызвали, он сказал, что это отравление!
– Как такое может быть? Я же своим молоком её кормлю. Няньки смесь ещё готовят, но это всё делается при мне. Как она сейчас? – я вскочила, позабыв, что полностью голая. И устыдилась, приняв от невозмутимой Алии халат.
– Доктор прописал лекарства для малышки и сказал вызывать его по любому поводу.
– Хорошо. Пошли, – я завязала халат и быстро покинула спальню. На своём пути встретилась с Валией, та шла, покачивая своими шикарными бёдрами. Я же толком не обратила на неё внимания.
– Что-то случилось? – спросила она у Алии за моей спиной.
– Тебя это не касается, – огрызнулась Алия.
– Посмотрим, как ты заговоришь со мной, когда я стану госпожой! – бросила ей бедуинка, но её уже никто не слушал. Дверь детской комнаты закрылась.
– Моя малышка, – я склонилась над Асмой, побоявшись взять её на руки. Крошка засыпала. – Звони доктору и пусть он определит, чем отравилась Асма.
– Он уже взял кровь на анализ.
Я сглотнула и припала спиной к стене. Взглянула на Джамала, который дрыгал ножками, пока няня меняла ему подгузник.
