– Черт, – попытался улыбнуться Стив, – не сдержался. Со мной это редко бывает.
– Я все понимаю, не переживай.
Парочка пошла дальше по улице, но история про пенстон глубоко запала в память Стива.
В период интенсивного поиска у Халместера менялся режим дня. Он меньше спал, меньше ел, постоянно вызывал подчиненных, прорабатывая вместе с ними каждый узелок розыскных мероприятий. Эта неделя была как раз такой. В семь утра за Джеком Линдом заехала служебная машина и увезла в Управление. Вскоре он сидел за столом в кабинете у Халместера и ел яичницу. Напротив сгорбился хозяин и черпал из тарелки творог с изюмом и со сметаной. Еда не прерывала работу мысли:
– Я хочу знать, как далеко вы продвинулись в поисках Инженера, Джек? – отрывисто спросил Халместер, отхлебнув сок.
– Круг сузился до трех человек, сэр, – заместитель прочертил вилкой в воздухе круг. – Судя по последней информации, которую передал Инженер позавчера, он имеет непосредственное отношение к архитектурно-строительному отделу, либо к отделу радиосвязи.
– Какая связь между двумя отделами? – удивленно поднял голову Халместер.
– Я поясню, сэр. В последний раз утечка была именно из архитектурно-строительного отдела, помните, те планы хранилищ биомассы?
– Да.
– Подозрение пало на старшего инженера Нильса Нортона и архитектора Петера Бизэ. Кроме того, в поле зрения попал Стив Робертс, старший сотрудник из отдела радиосвязи, у которого связь с Мэри Стэлс, младшим архитектором.
– По каким критериям заподозрили этих людей?
– Все они появились примерно в то время, когда начал работать Инженер. Все имеют неизвестный, либо сомнительный источник финансирования образования. Все трое, кроме, разумеется, Робертса, имели прямой доступ к переданной информации. Все они работали, либо могли работать в Интернете, когда Франц общался с агентом.
– Понятно. Кто из них наиболее вероятный кандидат?
– Нортон. Источник его финансирования – полная тайна. Добавлю: Нортон по характеру необщителен, скрытен, часто раздражается по пустякам, хотя явных причин для такого поведения мы не нашли.
– Джек, сейчас, когда архитектурно-строительный отдел открыл новый строительный материал, мы не можем позволить, чтобы Рокстеру стало о нем известно. М-стон сэкономит компаниям от сорока до пятидесяти миллионов.
– Не беспокойтесь, сэр, за всеми подозреваемыми ведется слежка. Все попытки связаться с Францем будут пресекаться немедленно.
– Все трое знают об открытии?
– Под вопросом Робертс, но полагаю, что знает. Мэри Стэлс весьма болтливая девушка.
– Что ж, действуйте, Джек.
Халместер болтал в гостиной с сыном. Выдался один из приятных вечеров, когда он не работал, когда не нужно было идти в театр или на прием. Сейчас отец и сын развлекались тем, что рассказывали друг другу анекдоты. Анекдоты были по большей части глупые, но оба Халместера от души смеялись. Роджер отметил, что хотя между анекдотами лежит пропасть в тридцать лет, почти все анекдоты Бена переделаны из старых. За весь вечер он услышал всего штук пять неизвестных. Тяжело изобретать новое! В самый разгар веселья в гостиную вошла Эмили.
– Присаживайтесь, – весело сказал Роджер, – мы рассказываем смешные истории. Вы можете присоединиться к нам.
– Я бы хотела переговорить с вами наедине, – ледяным тоном проговорила жена, и Халместер понял, что вечер испорчен.
– Пройдемте наверх, – спокойно сказал он.
Они закрылись в его кабинете.
– Что случилось? – спросил Халместер.
– Вы помните разговор, в котором я просила сделать все, чтобы отговорить Бенджамина идти по вашим стопам? – высокомерно начала разговор женщина.
– Помню.
– Вы согласились.
– Да.
– И так вы держите свое слово?
– Не понимаю, о чем вы. Я не раз советовал Бену, вполне искренне, выбросить из головы эту затею.
– Разумеется! – прошипела она. – Разумеется, вы говорили. Но слова – это одно, а поступки – другое. Танцовщица в кабаре не соблазняет молодого человека словами, она виляет бедрами, задом!
– Что вы имеете в виду? – ледяным тоном спросил Халместер, чувствуя, что теряет над собой контроль.
– Обаяние вашей личности! Вы вкрались в доверие к ребенку, вы тепло беседуете с сыном, вы в курсе всех его проблем, как же ему не стремиться стать таким, как вы!?
– По-вашему, я виноват лишь в том, что я хороший отец!?
– Вы – плохой отец! Хороший отец нашел бы способ добиться результата! Он бы поссорился с сыном, но отвратил бы от дурного пути!
– Бену шестнадцать лет, он не ребенок!
– У вас профессиональные отговорки, они всегда логичны!
– Это все, что вы хотели сказать!? – холодным от бешенства голосом спросил Халместер, чувствуя, что еще несколько фраз, и он не выдержит.
– Все! Остальное я сказала вам много лет назад!
– Тогда закончим этот разговор.
