Подъезд был обычный, обшарпанный с запахом пенсии и мочи. Понятно было, что семья обычная, не мажоры далеко. И это хорошо, я сразу расслабилась. Мы прошли в коридор хрущевки. Коридор громко сказано. Огрызок коридора. Благо не зима, в пуханах тут не развернуться, стояли б как бычки в томатном соусе. Обстановка была советская. Прям очень советская. Чуть дальше в комнате виднелся сервант.
Я и про слово то такое забыла. А тут сам шкаф собственной персоной. И, конечно, полный чехословацкого хрусталя. По блату видимо доставали. В зале, а я так понимаю это был именно он, висела трёхъярусная люстра с пластиковыми сосульками, знаете каждая палочка отдельно снимается и моется перед праздничными днями.
– Ептить, да тут можно устраивать вечеринки в стиле СССР, декорации готовы, – изумилась Наташка.
– А телик «Рекорд» есть?! – спросила я Олега шепотом, – И я сейчас не прикалываюсь, серьезно.
– Нет, – рассмеялся он, – но есть проигрыватель с виниловыми пластинками.
– Охренеть! – сказал я громко. И тут же услышала:
– Кхм! Здрассссьььти…
Пред нашим взором предстал мужичонка пропитого вида. Нос, как и полагается фиолетовая картошина. Глаза отекшие. Такой, знаете, шарпей на пенсии, у которого уже проблемы с почками. И пахнУло от него соответствующе.
А вот и житель советской коммуналки для антуража, подумала я про себя, но вслух бойко ответила:
– Добрый день!
– Опять бухой? – Олег свел брови вместе и толкнул слегка мужичка в сторону.
Нда… хотелось бы верить, что мама не приняла на грудь к нашему приходу, как отец. Я так понимаю, это был именно он.
– Ой, проходите, девочки, проходите! – из маленькой кухни выскочила небольшого росточка седая сухонькая женщина. Причем лет я думаю ей было не так много, явно младше моей мамы. Но видимо жизнь потрепала хорошо. Она была опрятная. Волосы собраны в аккуратную дульку. И по-видимому, на ней было лучшее платье. Синее в белый горох с воланами на рукавах.
– Добрый день! Это торт к чаю, протянула я пакет со сладостями.
– Ой, да не нужно было, я ведь блинов напекла.
На маленькой кухне также все напоминало о прошлом нашей страны. Обстановка была бедненькая, но чистота идеальная. И как-то мужичок алкашеского вида сюда не вписывался.
Я пребывала в легком трансе. Клянусь нужно привести сюда как-нибудь соседа дядь Сережу. Если он в нашем доме ощущал ностальгию, то здесь…нужно было билеты продавать для посещения этой квартиры.
В зале, как и положено был накрыт стол, раскладной, лакированный, под белой скатертью. По центру виднелось желтое пятно, видимо не отстирывающееся годами, но его прикрывала хрустальная салатница с сельдью под шубой.
– Сейчас девочки, манты выну и будем садиться.
Олег шумно умывался в ванной. Было стойко ощущение, что Наташка давно часть этой простой семьи и я пришла к ним в гости.
– Опа! Несостыковочка! – выдала подруга, глядя на телевизор.
– И правда! – на стене висела плазма приличного размера. Не сильна я в диагоналях.
Минут через пять мы чинно сидели за столом. Еды было столько, что можно было еще половину подъезда накормить. Я не могла не есть, тут все было таким вкусным, что с ума сойти. Из мантов сок просто вытекал, я чуть не постанывала поедая все вокруг себя.
– Ма, вкуснятина, – сказал Олег с набитым ртом.
– Кушай, – ответила мама, подперев щеку и разглядывая сына.
– Ну! По единой? – нетерпеливо уточнил мужичок схватив графинчик. Именно графинчик, представляете? Не бутылку.
– Давайте, девочки, это вино, домашнее, вишневое, сама делала.
Да я б охренела, если б покупное, серьезно. Тут же социализм. Поди и самогонный аппарат в шкафу стоит.
– А как вас зовут? А то Олег на манты набросился, аж представить забыл, – сказала я, толкнув его в плечо. Он хмыкнул.
– Татьяна Александровна, – улыбнулась она, – а вас?
Мирно журчало вино, разливаемое мужичком в хрустальные бокалы на высокой ножке.
– Меня Диана, – ответила я.
– А меня Наташа, – сказала подруга, накладывая оливье в свою тарелку.
Мама Олега более внимательно остановила свой взгляд на моей подруге. Я прям видела, как работал сканер-оценщик «мамкин глаз». Ну пока, по крайней мере, на ее лице негатива не наблюдалось.
– Ну, за знакомство! – не мог терпеть мужичонка.
– А зовут то вас как? – уточнила я беспардонно, – А то за знакомство пьем, а имени вашего не знаем.
– Борис, – кивнул алкаш головой, как гусар, резко и по-молодецки, я прям ждала что под столом шлепнет пятками друг о друга, как каблуками. Ну так сказать, дополнить образ.
– А отчество? – спросила подруга.
– Можно просто по имени, – добродушно махнул он трясущейся рукой.
Мы чокнулись. Олег пил компот. Прошу заметить не сок, а компот, из кувшина. Все как положено.
– Расскажите о себе? – попросила Татьяна Александровна.
Сказано было якобы нам обеим, но все ж понимали, кто ее на самом деле интересует. Наташка начала длинно и детально рассказывать о своей жизни, на кого и почему училась, кто ее родители и так далее. Судя по всему, будущую свекровушку все устравило.
– А как вы познакомились с Олегом? – спросила она чуть позже.
– Ма, ну что за допрос? – встрял сыночек, оторвавшись от тарелки.
