Хаос: отступление? полностью

Ткани, на основе которых создан блок восемь: простая светло-голубая хлопково-полиэстерная ткань, ярко-голубое синтетическое полотно, которое, вероятно, являлось частью формы футболиста, и белая, грубой вязки, хлопчато-бумажная ткань с рисунком, основанным на образчиках детского творчества. На белых фрагментах видны имена: Джесси, пять лет, и Изабель, 4 года 8 месяцев. Блок декорирован значками отличия скаутских организаций.

Убеждаю детей подготовиться к завтрашним урокам. Потом мы катаемся на велосипедах. На главной игровой площадке примерно половина детей против обычного их количества – играют в мяч, карабкаются на шведскую стенку. Я ловлю обрывки разговоров, которые ведут другие родители. Большинство надеются, что власти скажут им, что делать. Я вспоминаю вчерашние новости. «Не предавайтесь панике!» – вряд ли это адекватная программа действий. Так много вопросов и так мало информации! Как далеко на запад нужно ехать? Будут ли эвакуационные центры? И будет ли в них смысл?

Вернувшись домой, я вновь застаю Гэвина у телевизора. И опять, вместо того чтобы сообщить что-нибудь полезное, новости наполнены громогласной риторикой. Ох уж этот Великий Австралийский Дух! Сплотимся в Минуты Кризиса! Выдержка и Взаимопомощь! Нам нужна будет международная поддержка. Помощь. Нам! Австралийцам! Это смешно!

Я иду в комнату Джесси, чтобы собрать кое-какие ее вещи. На кровати лежит ее голубая скаутская форма. Черт! Сегодня же среда, а у нее по средам собрание скаутов. Не знаю, плакать мне или смеяться. Это первый раз за всю ее жизнь, когда она приготовила форму сама, без напоминаний.

Господи! Именно сейчас!

Блок десять более прочих с течением времени подвергся изменениям, поскольку для его создания использовались самые различные типы тканей. Бледно-желтый хлопково-полиэстерный материал с рисунком позволяет предполагать, что этот фрагмент взят с сувенирной футболки из Новой Зеландии. Кусок вискозного полотна содержит фрагмент традиционного рисунка с фиджийского саронга. Третий тип – черная хлопковая бязь, обильно украшенная вискозной вышивкой и нитками декоративного бисера, вероятнее всего, привезенного с Бали, Индонезия.

Чуть позже, утром, в новостях прошли отчеты о протестах в Китае и Индии в связи с возможным наплывом беженцев из Австралии. В отношениях с этими странами мы давно сожгли мосты. А вот традиционные союзники относятся к нам с большим сочувствием. Но и у этих стран масса своих проблем, и они не менее, чем мы, растеряны перед лицом неумолимой опасности.

Что произойдет с миром, в котором иссякнут ресурсы, а многие страны станут совершенно необитаемыми? Куда должен отправиться в поисках нового дома целый континент, все двадцать три миллиона (конечно, меньше, если учесть тех, кто погибнет при катастрофе)? Мы не говорим и о тех людях, в других странах, кто погибнет от более отдаленных последствий удара. Население только в одной Японии приближается к ста тридцати миллионам человек.

Можно ли ожидать, что щедрость и сочувствие к ближнему станут принципом жизни в ситуации, когда каждый из нас вынужден будет бороться за жизнь?