Лазаревич окинул взглядом людей, устроившихся в десантном отсеке. Пятеро в камуфляже, в разгрузках заполненных всем, что может потребоваться для боя. Отъявленные головорезы. Кажется пластуны. Среди них молоденький парнишка, улыбчивый щенок. Не могли кого постарше взять вместо него. Может чей протеже. Хотя кто в здравом уме пошлет в такую дорогу сына или брата? Бородатый казак, классического вида, в черной черкеске с…, вместо газырей патроны вставлены в узкие кармашки на груди, из рук ручной пулемет не выпускает. Лазаревич улыбнулся. По его мнению, лицо казака явно не было обезображено интеллектом. Сам в себе человек, непонятно о чем думу думает. Командир им назначенный. Кардаш. Хорунжий. Старше Лазаревича лет на семь-восемь, ну и чего в нем такого, что поставили старшим команды? Сейчас сидит с водителем в переднем отсеке, небось наслаждается властью над офицером штаба. Лицо капитана скривилось в судороге.
В это время сам Кардаш, освоившись на месте старшего, в душе сетовал на то, что вскоре придется покинуть машину, способную преодолевать водные препятствия, плавать по реке. Хорошая машина. Мощность двигателя двести сорок лошадей, запас хода двести шестьдесят километров, а на плаву — семьдесят. Правда скорость маловата, всего сорок пять километров в час по шоссе, но все это уже не важно. Качнуло.
— К-куда ты так? — возмущенно спросил у водителя, хотя сам виноват, отвлекся.
— Дак, яма! — оправдываясь, откликнулся Мордвинов, которого хорунжий все же взял с собой в качестве водителя.
— Я-ама! Рулить нужно правильно.
— Так я и рулю!
— Вот и рули. Сейчас поворот будет, не проспи, он хитрый, почти под прямым углом в ивовые кусты уходит.
— Помню, вашбродь!
Свернув, проехали около километра и встали впритык к борту другого транспорта. Хитрый Зимин, спланировал смену брони, что б хоть как-то запутать «лишние глаза и уши» возможных соглядатаев. К удивлению многих в команде, перегрузились в турецкий «Otokar Ural», машину более компактную и скоростную, «подаренную» в целости и сохранности мамелюками в последнем бою. На заднем борту бронника желтой краской латинскими буквами нанесена надпись: «Allah nazardan korusun».
— Что там турок написал? — поинтересовался Мордвинов.
— Да хранит вас Бог от злого глаза. — Пояснил подпоручик.
— Х-ха! Не сохранил значит. — Удовлетворенно констатировал водила. — Только машину испортил, зараза! Куда начальство смотрело?
Между тем, переговорив в стороне с ожидавшим их Вольским и пожав ему руку, Кардаш подал команду:
— К машине! Усаживаемся.
Ночь проехали спокойно. Только передвигались со скоростью черепахи. Раннее утро еще до солнца проявило серость клубов тумана, сравнимого с молоком, да росу под протектором колес. Вот когда первые лучи пробились через пелену, а потом и вовсе согнали ее прочь, бронеавтомобиль поехал порезвей.
Проезжая по Кубани, Кутепов не узнавал ее. Не то, чтоб он знал весь Краснодарский край, нет, но общее-то представление имел вне всякого сомнения. То ли природа после катастрофы изменилась до неузнаваемости, то ли в этой реальности климат несколько отличался от привычного ему с детства. НО! Это была другая земля. Совсем другая. Не было того простора, к какому привык глаз. Нет, они были, но густо перемешанные порослью молодого леса, дубравами и просто балками. Шоссе давно кануло в лету и из дорог угадывались только направления. Если б было погуще и побольше лесного простора, можно с уверенностью утверждать. Его обманули! Он не на Кубани, а на Дальнем Востоке, только с антуражем. Вместо японцев и китайцев — турки хозяйничают. Вместо охотников-дальневосточников, мужики с газырями на черкесках и в овчинных папахах.
— Выехали из полосы ответственности Мещер, — делая отметку на карте, сообщил Кардаш, сидя рядом с водителем. — Дальше хозяйничают турки, партизаны, да вольные анархисты, для которых закон не писан. Всем быть в готовности отразить внезапное нападение.
А они и так готовы. Чего лишний раз уговаривать? Кутепову с его снайперской винтовкой в такой-то тесноте не развернуться сразу. Отсталая реальность и ее промышленность соответственно, не привнесли в вооруженные силы таких образцов вооружения, как например, СВ-98 со складным прикладом и емкостью магазина в десять патронов. Красота! А кучность какая? На триста метров пулю в пулю положить можешь, если конечно специалист. Э-хе-хе! Или снайперский автомат СВУ ОЦ-ОЗ-АС…
Толчок в бок оторвал от мыслей. Ангел-хранитель, мать его так! Зашептал:
— Дядь Сань, ты где это в мечтах витаешь? Соберись. Не по нраву мне то, что нас впереди ожидает.
— А мне значит все это, по твоему должно нравиться. — Так же шепотом ответил Александр.
— Я не про общую суету речь веду.
— Ну так и скажи Кардашу. А то еще вляпаемся, Оракул ты наш карманный.
Андрюха позвал:
— Господин хорунжий! Вашбродь!
— Чего тебе, Найденыш?
— Сил нет терпеть, отлить нужно. Остановите!
Понабирают детей в армию, потом мучаются. Терпеть ему сил нет!
