Оби-Ван бессильно опустился на земляной пол в какой-то хижине, утомленно прикрывая глаза. Дозор Смерти гнал их, как дичь, чудом удалось проскользнуть мимо патруля, волоча обессилевшую Сатин. Мандалорка что-то бурчала под нос, очередные проклятия и обещания жутких кар всем, кто выступил против Крайзов: Оби не вслушивался, ему давно надоело это бесконечное злобное бормотание. Даже симпатия к Сатин, закономерно проклюнувшаяся после почти года в бегах, не выдержала постоянных претензий и требований. Оби утомился их выслушивать и хоть частично исполнять.
Мастер свалил неведомо куда, даже не подавая никаких сигналов, Оби вообще знал о том, что Джинн жив, только благодаря ученической связи. А он мучается, пытаясь сохранить их подопечную живой.
В голову все чаще лезли крамольные мысли. Если поначалу он восхищался и на многое закрывал глаза, то теперь все тяжелее игнорировать суровую реальность. Сатин, позиционирующая себя как настоящая мандалорка, больше походила на избалованную аристократку Ядра, чем на дочь воинов. Она плохо знала язык, отмахивалась от истории своего же народа, искренне ненавидела и презирала всех, кто не входил во фракцию Новых мандалорцев. Желая нести мир и процветание, она требовала отказа от прошлого и банально не понимала, да и не хотела понимать живущих на Мандалоре разумных, так как воспитывалась на Корусанте с детства. Исповедующая пацифизм, она клевала окружающим мозги требованиями странного — отказаться от оружия — и тем не менее не гнушалась пользоваться услугами назначенных Сенатом Республики джедаев-телохранителей. Да и... В общем Оби-Ван банально устал и от нее, и от постоянного напряжения.
Сила закричала, он вскочил, схватил Сатин за руку и потащил прочь. Дозор приближался.
Очнулся Оби-Ван в медицинском центре: специфический запах не давал ошибиться. Сила была наполнена миром и покоем, а потом ее затопили эмоции.
Год спустя.
Оби-Ван сидел на каменной скамье, любуясь суетой вокруг. Жители города спешили к лавкам, смеялись, покупали фонарики, переговаривались, наслаждались жизнью. Никакого сравнения с тем, что здесь творилось еще полгода назад.
Твердые шаги заставили очнуться от воспоминаний и взглянуть на севшего рядом молодого мужчину.
Манд’алор Фетт — по сути, а не по названию, — улыбался, подставив лицо лучам садящегося светила, полукруглый шрам вокруг глаза немного стянул смуглую кожу.
— Что решил, генерал? — тепло спросил мандалорец, щурясь на солнце. Оби-Ван привычно закатил глаза, но не возразил: звание, которым его шутя наградил почему-то Фетт, ощущалось не насмешкой, а правдой.
— Мне надо подумать.
— Думай, — согласился Фетт. — Я подожду.
Это Оби тоже знал: подождет. Столько, сколько надо. И давить не будет. Приятное разнообразие после стольких лет давления со стороны Джинна.
Ученическая связь, как всегда, заныла, но Оби уже привычно не обратил внимания на недовольство мастера: год посещения мозгоправа даром не прошел. Поэтому он сидел, наслаждался миром, лучами заходящего солнца и размышлял о будущем, которое так неожиданно сделало крутой поворот.
Тогда, когда их догнал Дозор, он уже думал, что они не выживут. Раненая Сатин осела на землю, сам Оби-Ван еле держался на ногах, почти выкосив нападавших, а к патрулю спешила подмога, судя по полным злорадства выкрикам. Однако Сила показала, что ей стоит верить: с неба рухнули корабли, из которых посыпались десантники, и от Дозора остались только воспоминание и трофеи. Он обрадовался, а вот Сатин, баюкающая руку, не очень. А уж когда увидела украшающий доспехи воинов сигил мифозавра, так и вовсе начала дышать огнем. Оби как знал, что не стоит Сатин открывать рот, но когда его слушали? И когда девушка, увидев лицо подошедшего к ним мандалорца с алым плащом за спиной, изображением черепа мифозавра на груди и золотых наплечниках, начала того не благодарить, а поливать оскорблениями, угрозами и претензиями... Ну, это было закономерно, что один из сопровождающих, как выяснилось, манд’алора, воинов, со всей дури съездил ей по лицу бронированным кулаком. А потом снял шлем, оказавшись красивой рыжеволосой девушкой... И снова Сатин огребла от всей широты души ее родной сестры.
Мандалорцы следили за происходящим, как за комедией, разве что напитков и закусок не хватало.
А манд’алор просто подставил ему плечо и потащил к медикам, из цепких лап которых Оби уже не вырвался.
Прибытие Фетта разом изменило всю политику сектора. Оказалось, что, пока Оби таскался с Сатин, удирая от Дозора, Фетт собрал последователей и принялся наводить порядок. Убил Тора Визслу и его сына, проредил Дозор, привел прицельными пинками в чувство сначала клан Крайз, а потом и их вассалов. Ну и остальным мозги вправил. Даже Квай-Гона где-то отловил и как следует отрихтовал ему челюсть. Причем несколько раз.
После чего изгнал из сектора, заявив, что и без помощи Республики и Ордена разберется в своем секторе.
