- Простите?
- Управление по борьбе с наркотиками, - пояснил Кинделл. - Собственно, вы могли бы гордиться женой, сэр. Судя по всему, она была внедрена в возглавляемую нынешним мэром организацию довольно давно. Возможно, ещё до замужества. И все эти годы занималась сбором информации. Проведённая ею против капитана полиции Уильямса акция свидетельствует о том, что информации накопилось достаточно. Думаю, в ближайшем будущем следует ожидать новых акций, уже без её участия. Также думаю, что конечная цель деятельности вашей супруги за все эти годы - мэр Рексополиса Цмыг, наиболее значительная фигура в нашем регионе. Возможно, зацепит сенатора Джексона, с которым у неё была интимная связь. Возможно…
Ежи утёр носовым платком выступивший на лбу пот.
- Сколько их всего было, этих связей? - глухо спросил он.
- Это нам, разумеется, неизвестно. Мы отчитываемся лишь за период наблюдения.
- Как вы считаете? Вы лично.
Фрост откашлялся.
- Понимаете, сэр, - участливо сказал он. - Это не главное.
- Что значит “не главное”? - опешил Ежи.
- Как вам сказать… Она выполняла поставленную задачу и, по всей видимости, справилась с ней. А способы… ну, вы понимаете. Мы сожалеем о случившемся, сэр.
Фрост ещё долго говорил о том, что заметить наблюдение в городе трудно, а практически, и невозможно. Извинялся, что они с коллегой оказались недостаточно профессиональны за городскими пределами. Уверял, что сочувствует, что сопереживает. Ежи слушал в пол уха, он уже уяснил для себя, что детективы симпатизируют Мелиссе, возможно, из корпоративной солидарности, возможно, из патриотизма, и пытаются мягко, ненавязчиво внушить ему, что она перед ним не столь и виновата, если виновата вообще.
- Достаточно, - оборвал Фроста Ежи. - Как бы вы, детектив, поступили на моём месте?
Фрост смутился и просительно посмотрел на коллегу.
- Поговорите с ней, сэр, - посоветовал Кинделл. - Нам трудно судить о ваших отношениях, да это и не наше с коллегой дело. Но как… - он на секунду замялся. - Как мужчина, я бы не спешил с выводами.
Сколько же старику лет, думал Ежи, пожимая Джеймсу Каттерфилду руку. Наверняка за семьдесят или даже… Он вспомнил недавнюю телевизионную передачу, интервью с Мясником после того, как тот отказался перенести клинику в Рексополис. Мои клиенты, пока их довезут в этот ваш Рексополис, могут отдать богу душу, сказал тогда интервьюеру Мясник. Я не гонюсь за клиентурой, денег у меня достаточно, правнукам хватит, поэтому резать парней на столе будут неподалёку от, с позволения сказать, места их работы.
Всю дорогу до клиники Ежи промаялся, десятки раз перебирая в уме доводы “за” и “против”. Смириться с тем, что его жена оказалась агентом неведомо какой тайной организации, что все эти годы водила его за нос, было невозможно, немыслимо.
- А я вас помню, - сказал владелец клиники. - Вы некогда были моим пациентом, во времена, когда я ещё оперировал. Сложный случай: остаточные явления после сотрясения головного мозга, неправильное срастание рёбер, ещё что-то.
- Врождённая хромота, - напомнил Ежи. - Выбитые зубы, остальное по мелочам. Спасибо вам, доктор, если бы не вы…
- Благодарите своего покойного отца, - хмыкнул Каттерфилд. - Я догадываюсь, что привело вас ко мне. Ваша жена в безопасности, но длительные разговоры ей противопоказаны. Так что не больше пяти минут. Кстати, её тут охраняют. Двое, с позволения сказать, церберов, очень, знаете ли, - старик хихикнул, - принципиальные молодые люди, санитара едва не пристрелили.
Церберами оказались двое здоровяков в костюмах и при галстуках. Один из них поднялся Ежи навстречу и потребовал документы. Ознакомившись, угрюмо кивнул и отступил в сторону.
Мелисса лежала на больничной кровати под капельницами, с забинтованной головой и загипсованной ногой, подвешенной на перекинутом через блок тросе. При виде Ежи она, не сказав ни слова, закрыла глаза.
- Здравствуй, - нерешительно произнёс он. - Ты как?
Мелисса не ответила. Ежи потоптался у кровати, обогнул её, присел на больничный табурет.
- Ты ничего мне не хочешь сказать? - спросил он.
С минуту жена молчала. Потом проговорила, не открывая глаз:
- Тебе лучше забыть меня. И как можно скорее. Тебе не следовало сюда приходить. Не приходи больше.
- У меня два вопроса, - сказал Ежи упрямо. - Ответь, пожалуйста, и я уйду. Ты вышла за меня замуж потому, что любила меня, или потому, что тебе понадобился, как это называется у вас… Кто-то, чтобы отвести от себя подозрения, так?
С минуту Мелисса молча лежала с закрытыми глазами. Затем сказала презрительно:
- Так это был ты. Не Карлик, а ты послал филеров шпионить за мной. Боже, какой идиот.
- Пускай идиот, - согласился Ежи. - Я на самом деле идиот, раз доверял тебе все эти годы, не обращая внимания на сплетни. Тем не менее, для меня это важно. Я не стану больше тебе докучать, но ответ хочу знать.
Мелисса разлепила веки.
