... “Почему вы не были готовы к тому, что ваш дом ограбят?” — нелепый вопрос. А ведь задают. Почему же не хотят сказать тому, кто совершил злодеяние: “Вы — злодей.” И здесь ищут “равной ответственности”: убийцу и его жертву ставят на один уровень. И делают это вроде бы “сочуствующие”: это у них позиция такая, “объективистская” — самая подлая позиция, вводящая людей в заблуждение.
...Я не был готов к перевороту, потому что мне не было надобности быть к нему готовым. Но встретил я этот переворот так, как следовало встретить главе Российского Парламента и мужчине. Таким останусь до конца. А он близок. Этого у меня никто не отнимет. И на пресс-конференции опять этот дурацкий вопрос. Вот мой ответ: “Почему я должен разрабатывать тактику и стратегию? Я что — полководец? У нас есть план законодательной и контрольной деятельности, Конституция, решения соответствующих съездов народных депутатов, законы, постановления Верховного Совета. Их выполнение и есть стратегия и тактика деятельности Парламента и его Председателя. Почему мы должны готовиться к каким-то государственным переворотам? И обвинять меня в том, что я не закончил факультет стратегии Генерального штаба, вряд ли разумно...”
Рано утром зашел в Палату национальностей. Выступал Борис Тарасов:
— Та сторона прекрасно экипирована. В касках, бронежилетах. Их боевые действия поддерживают бронетранспортеры, оснащенные крупнокалиберными пулеметами калибра 14,5 мм. Вокруг здания стоят боевые пехотные машины БМП-1 и БМП-2. Первые оснащены пушками “Гром” калибра 75 мм. На вторых установлены скорострельные авиационные пушки калибра 30 мм. Кроме того, к Дому Советов подошла 72-я гвардейская Таманская дивизия. Пока из танков стреляют холостыми снарядами или болванками. Но если применят пушки — 100 мм или 120 мм — от здания ничего не останется. Дом Советов блокирован со всех сторон. От мэрии — по рубежу прежнего оцепления, а с Москвы-реки — цепями спецназа и ОМОНа. Допускается возможность броска для штурма. Поступают сигналы о пьяных “бейтаровцах”.
Еще один эпизод того дня. По радиостанции:
— Я — 808-й. Я — 808-й. Что слышно по поводу окружной дороги и хозяйства на ней?
— 808-й, я — 801-й. К нам идет помощь. Держитесь. Не давайте пройти на этажи.
— Конкретнее. Помощь прошла с окружной дороги или нет?
— Докладываю. На Арбате идут 50 БМП. По всей видимости, туляки.
— Нас обстреливают уже из пушек и гранатометов.
Эфир заполняют обращения к офицерам Министерства внутренних дел.
— Офицеры милиции внутренних войск Вооруженных Сил! Я сам — офицер. Мы все давали присягу на верность Родине и Конституции. Кого вы защищаете? Офицеры, вы убиваете женщин и детей, свой народ. Вспомните клятву. Сейчас стреляют из БТРов против нас пьяные омоновцы и военизированные боевики Боксера из сионистской организации “Бейтар”. А вы смотрите, как расстреливают и убивают русских, грузин, украинцев, белорусов ради “миллиардов”, накопленных Лужковым и его командой? Опомнитесь, идите на защиту Дома Советов, если у вас есть честь, совесть и понятие об офицерском долге! — Это записала на диктофон спецкор “Русского Севера”, находившаяся в здании Парламента.[117]
— Прием. Как слышите? Прием. Танки стволами развернулись на гостиницу “Киев”. Стрельба временно прекратилась. В подвале пять-шесть спецназовцев.
— Офицеры, не стреляйте против собственного народа. Нам не дают вытащить раненых, спасти женщин и детей, которые сегодня погибают. Я прошу вас прекратить огонь. Мы готовы на любые переговоры. Мы погибаем безвинно, как погибли сотни россиян, которые лежат под руинами Дома Советов. Помогите сделать все возможное, чтобы не разгорелась гражданская война! Я прошу вас не стрелять, прекратить огонь! Не надо вести огонь из пушек и танков. Мир ужасается, глядя на то, что здесь происходит. Я обращаюсь к вашему разуму, к вашей совести. К нам идет на помощь российская армия, тысячи и тысячи москвичей. Не усугубляйте своей вины безвинными смертями. Не превращайте россиян в пушечное мясо, в фарш!
— Друзья, я верю в ваш разум. Неужели вы захотите стать участниками бойни? Давайте остановим кровопролитие. Мы выносим людей. Дайте нам возможность передать их в “скорую помощь”. У нас нет медикаментов. Люди истекают кровью и погибают. Давайте остановимся на тех многочисленных жертвах, которые зафиксированы на двенадцать часов дня. Я убедительно вас прошу: сделайте все, чтобы кровопролитие прекратилось...
Вновь в зале появился Хасбулатов.
— Руслан Имранович, как вы оцениваете ситуацию, сложившуюся к этому часу?
— Сейчас речь идет о реальной угрозе фашизма. Она стала приобретать конкретные очертания в виде расстрелов людей на месте, жестокого подавления инакомыслия, произвола, полного ограничения человеческой свободы, издевательства над личностью. Вчера были расстреляны люди, сегодня началось массовое избиение народа. Шествие фашизма пока не остановлено.
И снова, в который раз, замирают присутствующие в Палате национальностей — включается радиоперехват.
— “Фрегат”, “Фрегат”, как слышишь? Кто под домом — ты видишь или нет?
