Это не означало, что Роб и Тони имели равное влияние на организацию дел. С самого начала было понятно, что клуб — детище Роба. Как говорил об этом Тони, «идея создания Хасиенды принадлежала Робу, так как больше нигде в Манчестере ему бы не дали проводить диджей-сеты, — вот он и открыл для этого свой клуб». Надо отметить, что диджей-сетов Роб не проводил и предпочитал наблюдать за девчонками и бухать.
Не думаю, что Тони попытался бы создать клуб без поддержки Роба. Поначалу Роб сильно перетягивал одеяло на себя и оказывал психологическое давление на остальных. Он был в какой-то степени диктатор. Честно говоря, он пользовался тем, что мы не сильно сопротивлялись, и сам задавал нам вектор развития по многим вопросам.
Они зарегистрировались как FAC 51. Забавно, что тогда же я увидел, каким грабежом может быть оплата услуг юристов. Наш адвокат брал 5000 фунтов, в то время как зарегистрироваться самостоятельно стоило 175 фунтов. FAC 51 — записанный Тони номер в каталоге Factory Records. Компания являлась ООО, что предоставляло нам, акционерам, некоторые гарантии, поскольку кредиторы не могли прийти и забрать активы.
Наша частная жизнь и наша работа в качестве директоров Хасиенды не пересекались. Мне это нравилось, так как одно из главных условий владения ООО — предоставление годовой отчётности. Если компания не может этого сделать, её директоров преследуют по закону, компания объявляется банкротом, а активы переходят в распоряжение Британской короны. Даже если компания нанимает бухгалтера, за предоставление отчётности отвечают непосредственно директора.
Постарайтесь запомнить это. И поверьте, что наши ошибки многократно давали о себе знать.
Сейчас уже можно сказать, что с бухгалтером нам повезло.
До 1981 года у Роба был бухгалтер, ведущий дела группы, которого выбрали за опыт работы с музыкальными коллективами. Но с ним у нас не сладилось, и к моменту открытия клуба у нас уже был другой бухгалтер — Кит Тэйлор.
Мы были для него уникальными клиентами. Насколько я понимаю, другими его клиентами были два газетных киоска в Читэм-Хилле. Но по какой-то причине Роб и Тони решили, что Киту следует вести бухгалтерию не только для Хасиенды, но и для Joy Division, New Order и Factory. Кит был еврейского происхождения, и мне кажется, что Робу с Тони это нравилось. Им нравилась идея держать бухгалтера-еврея, поскольку в то время нас ошибочно обвиняли в фашизме, указывая на названия коллективов Joy Division и New Order, а также на тот факт, что группа A Certain Ratio с Factory использовала нацистскую символику в оформлении одного из альбомов. Кит приезжал на каждую встречу под музыку немецкого гимна «Deutschland, Deutschland Uber Alles», смеясь при этом. Может, он думал о зарплатах?
Кит заявил, что управление в Хасиенде осуществляется плохо. Он настаивал на том, что штат клуба раздут, прибыли нет, а персонал получает слишком много (что было правдой). Но мы пожалели о том, что наняли его. У него было недостаточно навыков и опыта для такой работы, и он доставил нам массу проблем. И я думаю, что в большинстве ошибок виноват именно он.
Потихоньку дела New Order, Хасиенды и Factory незаметно для ребят из группы переплелись на всех возможных уровнях, но участники New Order в это не вникали. Мы оставались в стороне, что было странно, если не сказать безрассудно, особенно учитывая, какие деньги были вложены. Нас посвящали в дела клуба только в случае отчаянного положения. Всё оставшееся время нам позволяли (или даже советовали) не совать свой нос, и это нас устраивало. Мы были слишком заняты бухаловом и путешествиями. Нас особо не интересовало, сколько мы зарабатываем на альбомах и концертах, а ведь об этом стоило полюбопытствовать в первую очередь. Даже Барни, иногда раздражавший своей «щепетильностью», не проявлял интереса к финансовым вопросам. Это было скучно, и мы хотели, чтобы Роб этим занимался. В принципе мы и согласились участвовать потому, что нам было позволено зарыть голову в песок и не поднимать её. Винить тут стоит только себя.
