Хасиенда: Как не стоит управлять клубом полностью

Я лично всегда был циничен по отношению к диджеям. Думал, что они сукины дети и невежды, получающие слишком много денег. Так что, став одним из них, я прекрасно вписался. Кто-то вроде Карла Кокса сейчас может получить целую кучу денег за выступление. Однажды накануне Нового года он заработал миллион, выступив на одной вечеринке, а затем, перемахнув через линию перемены даты, выступил в качестве хедлайнера в другом месте, заработав ещё один миллион. Если бы не Хасиенда, эта культура никогда бы не возникла. Мы несём за неё ответственность. Мы приучили публику ценить диджеев как настоящих звёзд или эстрадных артистов, и в первую очередь этому поспособствовал Роб, который мыслил сильно наперёд. Он всё время говорил про открытие диджейского агентства Хасиенды, поскольку уже тогда обнаружил возможные перспективы. «Диджеи — следующая веха, новые суперзвёзды, которых мы должны сформировать», — говорил он и ставил музыку хаус на танцевальных мероприятиях. Люди откликались плохо, ведь он слишком опережал события. Они с Майком Пикерингом всё время увлекались новыми направлениями задолго до того, как те становились мейнстримом.

Самые ценные советы нашей группе дал продюсер Артур Бейкер. Михаэль Шемберг, продюсировавший наши видео и заведовавший офисом Factory в Манхэттене, сказал Робу: «Этот Артур Бейкер великолепен. Свяжи его с New Order». И мы полетели в Нью-Йорк записываться на его студию Shakedown Studios.

Артур Бейкер был лучшим из нью-йоркских продюсеров. Этакая приятная и весёлая версия Мартина Хэннета. Благодаря Артуру мы открыли для себя хип-хоп и танцевальную музыку: «A.E.I.O.U» от Freez, Grandmaster Flash, Afrika Bambaataa. Артур как раз ими интересовался. Он был панком от электроники, и поначалу с ним было страшно работать. Это оказались первые сессии записи, к которым мы ничего не готовили заранее. Но «Confusion» получилась отлично. Он привил мне любовь к электронной музыке.

В тот год Happy Mondays впервые играли в Хасиенде в рамках регулярно организуемого Пикерингом поединка групп. Это было их второе выступление, на сцене творился полный бардак, и они заняли последнее место. Но их басист Пол Рай-дер был курьером Питера Хука — он всегда просовывал мне в дверь демо-записи. Именно тогда я получил запись «The Egg», которую передал Тони Уилсону. Группа была, как и я, из Литтл-Халтона, и мне очень хотелось дать им шанс показать себя. Я был в ярости, когда Тони Уилсон поручил продюсировать их Барни. В итоге они оказались всего лишь ещё одним успешным релизом Factory.

В том году распались The Smiths, которые выступали в Хасиенде трижды. Первый раз — в поддержку альбома 52nd Street в феврале. Потом в июле. Сцена была завалена цветами — тогда начинал формироваться имидж и характер группы. «Они символичны по меньшей мере по трём причинам, — заявлял Моррисси журналу Sounds. — Мы представили их как антидот для Хасиенды, когда играли там. Их звучание было стерильным и нечеловеческим. Нам хотелось воплотить гармонию с природой, а также показать Манчестеру немного оптимизма, который символизировали цветы. Манчестер до сих пор живёт как во сне. Но верное средство от этого — Factory».