Возможно, это и стало частью музыкальной истории, но меня не было на концерте The Smiths в Хасиенде, хотя я случайно видел их, когда они поддерживали Ричарда Хэлла в Rafters. Меня концерт не впечатлил, но во мне слишком силен дух соперничества, и я всегда был настроен против The Smiths. Так было с самого начала. Возможно, из-за того, что я считал, что они звучат как рок-н-ролл из бара, как полная противоположность того, что мне нравилось. Поэтому я не пошёл на их концерт. С другой стороны, скажу честно, было очевидно, что они делали хорошую музыку и собирались расти дальше.
Мне нравятся The Fall. Всегда нравились. Они отыграли множество концертов в клубе. Но, по моему мнению, Марк Э. Смит — сукин сын. Конченый придурок. Да ещё и гордится этим. Одна из его бывших девушек рассказывала, что иногда он ел на завтрак кукурузные хлопья, поливая их пивом «Гиннесс» и сдабривая своим любимым стимулятором. Он это отрицает, отчего мне только смешнее. Видать, вот почему у тебя такие здоровые зубы, Марк. Да-да, мы большие друзья.
Я помню, как выступали OMD. Они звучали великолепно, так как у них был хороший усилитель, которому не могла помешать плохая акустика зала. Освещение на концерте также было на высоте. Это, наверное, стоило очень дорого, но дало свой эффект.
Если посетителей на концертах в Хасиенде было достаточно, то, несмотря на плохой звук, всё проходило хорошо благодаря атмосфере. Толпа работала как барьер для звука, урезая эхо и усиливая акустику. Но на малолюдных концертах недостаток посетителей и плохой звук взаимно усугубляли положение. Ужасная ситуация.
Некоторые из наиболее интересных концертов манчестерская аудитория совершенно проигнорировала, людей на них приходило еле-еле.
Например, концерт Джона Кейла. Одного из моих кумиров. Мне нравится его работа в составе Velvet Underground, нравится запись Нико «Chelsea Girls», которую он продюсировал, нравятся его сольные работы.
Я оценил его сольные проекты ещё до Velvet Underground, хотя большинство людей знакомились с его творчеством в обратном порядке. Его музыку я услышал, когда в семидесятых работал в порту — неполный рабочий день в столовой, где я продавал талоны на еду. Работа позволяла мне питаться бесплатно. Денег у меня тогда не водилось, так что это было очень кстати. Так или иначе, парень, работавший во время ланча, любил слушать Джона Кейла и был настоящим фанатом. Мы общались в пятиминутных перерывах между сменами, и в результате я взял у него послушать все альбомы. С тех пор я тоже фанател от Кейла. Именно поэтому концерт в Хасиенде так разозлил меня: он был великолепен, но пришло всего сорок человек. Причем большая их часть болтала весь концерт.
Кейл играл на фортепиано и акустической гитаре, его музыка была очень тихой. И эта их болтовня меня просто выбесила. Марк Рили из The Fall, в настоящее время радиоведущий, был возмущён не меньше моего, мы с ним курсировали по залу, одергивали болтавших и велели им заткнуться.
В девяностых Кейл некоторое время жил с Нико в Манчестере. Я никогда с ним не встречался, но его кандидатуру пару раз предлагали на роль продюсера New Order, хотя ничего из этого не вышло.
В 1986 году Нико дала в Хасиенде один концерт. Stockholm Monsters, ещё одна группа с Factory, ездили тогда с ней в тур. В Манчестере она жила с промоутером Аланом Уайзом. Принимая меня в своем доме, она говорила с немецким акцентом: «Здравствуй, Питер, как ты?» — «У меня всё хорошо, душечка. А ты как?» — «Хорошо, но я ненавижу Алана. Он придурок».
