Весь комплекс пришлось закрыть и опечатать, чтобы выведенный из благих намерений вирус не разнёсся по планете. В итоге, оставшимся учёным всё же удалось создать сыворотку, которая нейтрализовала граданис-3, но им самим она уже не помогла. Им совсем чуть-чуть не хватило времени. Кроме того, побочным эффектом получившейся сыворотки являлось то, что она впитывала в себя радиацию, подобно губке, а поглощённое излучение использовала для самовоспроизведения, распыляя свои молекулы, после чего вновь поглощала радиацию и росла дальше. А после того, как питание заканчивалось, молекулы самопроизвольно разрушались не неся никакого вреда окружающей среде.
Таким образом, учёным всё же удалось сделать поистине потрясающее открытие, но ценой собственной жизни. По сути, одна такая капля сыворотки за какое-то время могла погасить всю радиацию, оставленную ядерной бомбой.
Внезапно от изучения записей меня отвлекла сработавшая метка. Кто-то наступил в мои след и заразился нанитами. И этот кто-то явно был андроидом. Цель находилась на нижнем этаже в самой первой комнате, где лежала без сознания Энамель. Меня охватила тревога. Даже больше — паника.
Парой кнопок я включил перед собой изображение с нужной камеры, и с ужасом замер. На складе было четыре игрока и все уже были помечены. Они подошли к Энамель и самый первый из них заговорил:
— Надо же, и тут эти проклятые мутанты.
Он поднял руку и…
Нет! Стой! Взлом!
Но я не успел. Выстрел прозвучал раньше.
Я бросился туда. Пролетел два этажа и ворвался в комнату. Четвёрка игроков стояла на том же месте и не могла пошевелиться. По груди русалки расползалась кровь.
— Держись, держись, подруга, — попытался я её поднять, чтобы утащить на тот склад, где были всяческие лекарственные препараты, но она остановила меня.
— Не… надо. Не трогай, — прохрипела Энамель. С уголка её губ скатился ручеёк крови. — Ты… нашёл… лекарство?
— Да, я нашёл его. Но сначала…
— Хорошо. Тогда… всё хорошо. Передай… брату… что… я…
Её голубые глаза остекленели, а голова медленно завалилась вбок.
Я взвыл. Громко и яростно. От боли, чувства беспомощности и злости на весь мир. А затем убил их. Убил всех, кто был ещё жив в этом проклятом месте.
От совершённой мести мне легче не стало. Нисколько.
Я долго сидел рядом с погибшей подругой.
Почему так происходит? Она никому не сделала ничего плохого. Лишь пыталась помочь своему народу. Не щадя себя и свою жизнь. А теперь она мертва просто потому что мутантка. Просто потому что оказалась на пути какого-то придурка.
В этот момент у меня внутри что-то переключилось. Что-то, что изменило моё отношение к миру. И прежним я уже никогда не стану.
Как оказалось, игроки пришли через полуобрушившийся туннель, проделанный моей сколопендрой. Скорей всего, он вёл куда-то на поверхность, куда она уползла после того, как хлебнула радиоактивной воды. Проверять его я не стал, а вернулся в комплекс. Нужно было отыскать сыворотку и нейтрализовать ею все оставшиеся отходы.
Обшарил все этажи, но ничего не нашёл. Остался самый верхний, путь к которому преграждали массивные двери. Они запирались на электронный замок, так что проблем с его вскрытием у меня не возникло.
На первом этаже развернулась самая настоящая драма. На центральной площадкой, перед выходом из комплекса, лежали несколько скелетов. Они тянулись к выходу, но он был запечатан наглухо. По всей видимости, учёные хотели выбраться после создания вакцины, но их тупо не выпустили. Уж не знаю, чем такой поступок оправдывали те, кто был снаружи, но теперь это уже ни для кого не важно. Твари.
У одного из скелетов я обнаружил вакуумное хранилище, такое же, из которого я вытащил препарат против радиации. Внутри оказались три маленькие ампулы с красноватым веществом. Никаких опознавательных знаков и инструкций тут не было, но я был точно уверен, что это и есть та самая сыворотка.
Больше ничего меня здесь не держало.
Одну ампулу я распылил над бочками с радиоактивными отходами. Радиационный фон практически мгновенно снизился и продолжил потихоньку падать. Вторую открыл в пещере Костогрызов. Третью забрал с собой, решив использовать в поселении габиран, дабы одновременно нейтрализовать там и радиацию и граданис-3, называемый местными как скверна. Уж не знаю, как он попал в воду, но какой толк в этом теперь уже разбираться.
Тело Энамель я вернул домой. Родные наверняка захотят попрощаться с этой замечательной добродушной девушкой и похоронить её как подобает. Или что они делают с умершими по их традициям. Да неважно.
В этот раз при приближении к городу габиран меня даже не встречали. Я добрался до дома-ракушки Вигхрама и заплыл внутрь. Но там никого не оказалось. Это меня сильно насторожило.
Уж не погибли ли тут все, пока я искал лекарство?
Я оставил Энамель в её доме и выплыл наружу. К счастью, мне на глаза сразу попался проплывающий русал. Он тоже меня заметил. Я протянул руку в знак того, что хочу поговорить, и он оказался не против.
