Лиля озадаченно, но всё же с надеждой, смотрела на друзей. Ей хотелось, чтобы предположение о необъяснимом эксперименте с пространством оказалось правдой. Но тут же пришла мысль, которая разрушила все надежды: ну, и что? Действительно, что с того, что это эксперимент военных? Коля был здесь, и он был реален, по крайней мере, в её глазах. А ещё есть история, рассказанная Лёшей о пяти ребятах, найденных в лесу…
Друзья переглянулись, и Лёша уловил во взгляде Родиона ответ на её предположение: «нет». Лёша тоже в это не верил, тем более после увиденной сестры. Да и вид переломанной Лили, выползавшей из комнаты, наводил на очень плохие предположения. Для себя он точно решил, что военные тут ни при чём. Разве что им удалось пробить портал в преисподнюю, в чём Лёша очень сомневался. Нет, всё дело в доме… и в его желании насытиться.
Родион кинулся к двери. Он с остервенением вращал ручку, но дверь не поддавалась. Ручка тоже оставалась на месте и никак не реагировала на его действия. Лёша, последовал его примеру, и подбежал к двери, но той, которая была ближе к нему, повторяя действия друга. Результат был такой же, как и у Родиона. Лиля подошла спокойно к своей двери, взялась за ручку, но тут же отпустила её, чем вызвала озадаченные взгляды. Она опустилась на пол рядом с дверью и уставилась в потолок. По её щекам текли слёзы, а губы сжались в тонкую линию.
– Лиля, попробуй открыть свою дверь! – прокричал Родион и направился к девушке.
– Это конец… – только и смогла она выдавить из себя. Мысль об увиденном на экране неработающего телевизора объяснила ей всё. Это конец…
Родион подошёл к её двери вместе с Лёшей. Они переглянулись, и он потянулся к ручке. Рука Родиона плотно обхватила тёплый металл, а пальцы сжались до белых ногтей. Он посмотрел на друга и уловил его лёгкий кивок: «давай». Рука попробовала провернуть ручку, но та осталась на своём месте, не провернувшись даже на миллиметр. Родион приложил больше усилия, но результат был прежним. Он прокричал что-то неразборчивое и отошёл от двери.
– Это конец… – снова проговорила Лиля, и закрыла глаза. Родион посмотрел на неё с каким-то непонятным Лёше презрением, но тут же всё стало ясно: он боится, и слова Лили не добавляют ему уверенности. Оператор несколько раз повернулся вокруг себя и подбежал к двери, которую пытался открыть Лёша. Он схватился за ручку и стал со злобой её трясти. Лёше в какой-то момент показалось, что он её сейчас оторвёт, но та оставалась на месте, удерживаемая неизвестной силой.
– Что ты делаешь? – Лёша смотрел на друга и начинал уже беспокоиться за его состояние.
– Лёха, а что если каждому из нас предназначена одна определённая дверь? Или вообще, мы все должны попробовать открыть свои двери! Может быть, даже все одновременно. Знаешь, как запуск ракеты у военных? Там надо сразу провернуть два ключа и только тогда будет разрешение на запуск!
– Род, ты себя слышишь? Какие, нафиг, военные? Какие ракеты? Какие два ключа? Ты ещё не понял, что ли? Бабка была права, он ещё не насытился и никакие комбинации поворота ручек нам не помогут. Ему нужен наш страх, и он его вчера получил в большом количестве! Обидно признавать, но Лиля права: это конец!
– Ха-ха, Лиля права… – девушка смотрела на ребят, и странная улыбка пересекла её лицо. – Это конец…
Родион выругался и сжал кулаки. Он посмотрел на Лёшу и постарался сделать как можно более уверенное и злобное лицо, но обуявший его страх мешал этому.
– Я хоть что-то пытаюсь сделать! А что вы? Посмотрите на себя! Вы… Вы… Да вы просто две размазни!
Он задыхался от волнения. Расчёт его был прост: оператор хотел своими словами уколоть друзей посильнее, так как видел улыбку на лице Лёши и осознал, что тот заметил его страх.
Лёша сжал губы одновременно с кулаками, но тут же выдохнул и расслабился. Это всего лишь Родик, и он от страха несёт всякую чушь. Махнув на него рукой, Лёша пошёл к Лиле.
– Ты на кого махнул? – Родион не унимался. Как понял Лёша, адреналин в крови друга делал своё дело. – Нет, ты мне скажи, от кого это ты отмахиваешься?
– Род, заткнись, – коротко и ясно проговорил Лёша. Он подошёл к Лиле и посмотрел в её заплаканное лицо. От одного взгляда на девушку ему тоже захотелось разреветься, но Лёша не мог себе этого позволить. Всё-таки звание лидера накладывало на него некоторые обязанности.
Родион задышал ещё сильнее, и Лёша понял, что ему сейчас снесёт крышу адреналином, как крышку, оказавшуюся под высоким давлением. Он развернулся к другу и посмотрел тому прямо в глаза. Обычно трусливый Родион сейчас пылал жаром, и злость с возбуждением стекали по нему со всех сторон.
– Ты!.. Я!.. – он силился что-то сказать, но от напряжения не мог выговорить рождённую в глубине сознания мысль. – Ты сейчас получишь! Я тебе не игрушка и не мальчик для битья!
