– Да, его видел дворник. И даже говорил с ним. Если хотите, мы можем позвать его, он ждет внизу вместе с потерпевшими.
– Да этот дворник без бутылки утро не начинает! – Оля заводилась все сильнее. – Скажите спасибо, что он вам про чертей ничего не рассказывал. Вы спросите у него, может, это черти были?
– Оля, успокойся, – Костя взял жену, проходившую мимо него, за руку. – Они здесь именно для того, чтобы во всем разобраться. Дворник – известный любитель выпить, но он же видел кого-то! В любом случае это был не наш сын, потому что он находился здесь, с нами. Все решится, не переживай.
Милиционеры, прислушиваясь к их диалогу, каждый по отдельности поймали одну и ту же мысль: от дворника действительно разило алкоголем, но он и не обвинял никого конкретно. Он просто описал ребёнка, которого видел, и так уж совпало, что в нем узнали сына этой семейной пары. Мог ли дворник с пьяных глаз что-то напутать и связать увиденного им несколько дней назад мальчика с тем, что происходило сегодня? Вот именно это они и должны выяснить.
– Извините, – сказал один из милиционеров, – а вы уверены, что ваш сын утром был дома?
– Вы тоже извините, но у вас дети есть? – с вызовом спросила Оля и по его реакции поняла, что есть. – Это ребёнок, которому ещё нет шести лет! Где, по-вашему, он мог быть в такое время?
– Понимаете, – вмешался Костя, – даже если предположить, что он у нас ходит во сне и действительно вышел на улицу, то как он вернулся домой? Он ещё не умеет открывать двери ключами. Да и футболка эта со спортивными штанами, о которых вы говорите, помните? Так вот, можете попробовать поискать, но вы их не найдете. Дело в том, что мы их выбросили пару недель назад, так как Сашенька, играя во дворе, сильно запачкался. Они катались с горки, а её кто-то залил какой-то дрянью… В общем, отстирать так и не удалось, и мы их выбросили. Конечно, вы можете сказать, что я все это придумал, так как одежда – одно из доказательств вины моего сына, но подумайте сами, стал бы я врать, понимая, насколько легко это проверить?
Милиционеры переглянулись между собой, и один из них, вздохнув, закивал:
– Вы понимаете, я и сам не очень верю в эту историю… Ну, что это сделал ребёнок, будь то ваш или чей-то еще. Но поймите меня правильно: там внизу сидят почти двадцать человек, уверенных в том, что это был ваш сын. Вы это понимаете? Что мы должны им сказать? Что ваш сын – маленький ребёнок, который не умеет открывать дверь в квартиру? А что мы предъявим в качестве доказательства его невиновности? То, что в вашем доме не найдена футболка с драконом? Так? Вы это видите доказательством? Вам нечем прикрыть своего сына, на которого уже повесили случившееся. И это факт. Так же, как и та история, которая повторилась здесь, на детской площадке, и в детском саду. Все помнят ее, и это ещё больше убеждает людей в причастности к преступлению вашего сына. Итак, что вы можете предъявить более существенного?
– Детская площадка и садик… Да эти истории притянуты за уши! Кто-то якобы видел нашего сына, но и мы его видели в то же самое время. И знаете где? У нас дома! Так что все эти домыслы злопыхателей оставьте при себе.
Выпалив это, Оля села на стул у окна и сложила руки на груди. Костя, понимая, что им нечем крыть, так как никто кроме них не уверен в невиновности их сына, просто смотрел на незваных гостей, ожидая их реакции.
– Ну, притянуты или нет, это не вам решать, – сказал второй милиционер и посмотрел на Сашеньку. – А что вы нам можете сказать, молодой человек? Вы спали сегодня утром, когда все это произошло? Или все же гуляли во дворе?
Сашенька посмотрел на него, и по детским щекам полились слезы. Он понимал: происходит что-то такое, объяснения чему он ещё не знает, но чувствовал, что это что-то – очень плохое. В этот момент он впервые в жизни испытал сильное чувство страха, которое будет сопровождать его в подобных ситуациях ещё не раз. Полицейский смотрел на него как охотник на жертву, и Сашенька чувствовал это, ещё не понимая, что это значит. В итоге он поступил так, как, скорее всего, поступил бы любой другой ребёнок на его месте. Сквозь слезы мальчик прокричал: «Я ничего не делал!» – и выбежал из комнаты.
