От размышлений на тему неочевидной сложности бытия телохранителем меня отвлёк Тобирама, наконец разместившийся в своём кресле и рассовавший всю ту кучу бумаг по ящикам стола, что похоже были снабжены хитрым комплектом пространственных печатей, иначе объяснить как эти центнеры пергамента влезли в пару небольших ящиков просто невозможно:
— Рад что ты не стал откладывать моё приглашение, — сухо отозвался седовласый, поднимая на меня взгляд своих ярко-красных, на зависть любому Учихе, глаз.
— Ну, скажем так, предмет нашего сегодняшнего разговора не мог оставить меня равнодушным.
— Ты знаешь, — констатировал Сенджу, сцепляя пальцы рук в замок.
— Знаю, — не стал юлить я, но всё же не отказал миру в удовольствии увидеть мой ехидный оскал, — И должен отметить что ты уже превзошёл брата. Во время его правления Коноха включилась Войну лишь после того как начали полыхать близлежащий страны, но ты решил пойти дальше и развязать её. Уважаю.
Маска вечной невозмутимости на лице моего собеседника чуть приоткрылась, когда его губы против воли сжались в тонкую линию, но этим дело и ограничилось:
— Война неминуема. Песок и Туман не отрекутся от своих амбиций до тех пор пока хоть один шиноби с их гербом на хитай-ате будет в силах держать кунай, а потому начать её на наших условиях кажется мне более чем логичным шагом. Мне казалось что ты понимаешь это.
— А я и не отрицаю, но разве это повод оставить тебя в покое? — теперь к сжатым губам добавилась и складка на лбу, — Вот и я так думаю.
— Я позвал тебя потому что мне нужна твоя помощь и поддержка, — не став заострять внимание на моих выходках, перешёл сразу к сути Тобирама, — Ровно как и всего Клана Кагуя.
— Три тысячи, — без тени былого веселья ответил я.
— Четыре с полови…
— Три, Тобирама, и не человеком больше. Ты меня знаешь — в этом вопросе я принципиален.
— Во Время Первой Войны Кагуя предоставили намного больше, я понимаю что сейчас иная ситуация, но хотя бы четыре…
— Три. Я всё сказал.
— Хорошо. Три так три, — покладисто согласился Сенджу, чуть откинувшись в кресле.
Он не был расстроен, с самого начала не ожидая что я соглашусь, но всё равно попытался, просто из принципа и это я тоже прекрасно осознавал.
— Надеюсь, — меж тем продолжил седовласый, — Ты будешь в этих трёх тысячах?
— А были сомнения?
— В последние годы тебя редко когда можно было увидеть за стенами Кланового
Квартала, не говоря уже о заседаниях Совета, — а вот теперь в его голосе был слышен ощутимый укор и намёк на негодование. Впрочем подобное заставило меня лишь в очередной раз оскалить зубы:
— Мне докладывают обо всём что здесь происходит, но если одно пустое кресло так сильно задевает твоё чувство прекрасного, то так уж и быть — в следующий раз пришлю Изаму.
— Дашь ему право говорить от своего имени?
— Да хоть петь, я ему доверяю и если он сочтёт что так надо, то значит так оно и есть.
— Хорошо, — протянул Тобирама медленно кивнув каким-то своим мыслям, — Это не нарушает Устав, тем более что в нём есть отдельный пункт согласно которому Глава Клана может и должен быть заменён кем бы то ни было из своих родичей, обладающих наибольшими полномочиями, если он сам, по уважительным или независящим от него причинам, не может присутствовать на заседании Совета.
— Ну вот видишь как всё здорово! Но только молю, скажи что ты выдернул меня сюда не только ради того чтобы я проговорил то что тебе и так было известно, иначе я за себя не ручаюсь.
— Разумеется нет. Я же уже сказал — у меня есть дело лично к тебе.
Спрашивать какое именно я не стал, но Тобирама верно истолковал мой взгляд и продолжил говорить:
— Тебе известно что на данный момент нашим противником выступает объединение Песка и Тумана, однако ситуация может измениться в любой момент если в конфликт вступят прочие какурезато. Собственно, Совет сошёлся во мнении, что именно этого наш враг и добивается, а для того чтобы приблизить сей итог, подготовил ловушку, согласно которой Песок, пока основные наши силы будут заняты отражением атаки Тумана, нанесёт мощный удар по нашим южным регионам, тем самым продемонстрировав всему миру слабость Листа и подтолкнув Облако и Камень к Войне.
— Думаешь Ивовцы решаться? — с сомнением протянул я.
— Не знаю. Но точно уверен в том, что жажда мести и мнимая уверенность в уязвимости врага может омрачить даже самый рассудительный разум.
— Хм… и каков наш план?
— Подыграть Песку и Туману. Сделать вид что мы действительно сфокусировали почти всё своё внимание на восточном побережье. Собственно туда сейчас стягивается большая часть боеспособных подразделений.
— А затем?