Я - взрослая циничная сволочь, которую жизнь научила не верить ничему и никому, а веду себя как романтичная малолетка при виде героической мужественной мордашки! Одно слово - дура блаженная! Да любой нормальный человек давно бы драпу дал с корабля! Ну да... и было бы на одно каинд амедха больше.
Я выбралась на основную палубу, тихо костеря себя на чем свет стоит! Идиотка! Начиталась всякой мути в фаноне по этой вселенной, а теперь... тьфу!
А что теперь? Вселенная-то реальной оказалась, какой сюрприз!
С удобством развалившись в кресле первого пилота, я следила за передвижением яута по карте, развернутой на всю поверхность голографического экрана, проецируемого обручем перед моими глазами. Заемные знания требовали систематизации, вылезая совершенно неожиданно и бессистемно. Но то, что я выяснила...
Может, я все же не такая идиотка?
Проклятье!
Яута - очень неоднозначный народ. Да что там народ. Каждый из них - уникален. Самодостаточная личность. Это если он уже взрослый. А Хаф - взрослый мужик, уже давно прошедший десять кругов обучения. Полностью сформировавшаяся личность, замкнутая сама в себе. Не тупой малолетка, у которого играют гормоны, а в башке - дурь от собственной силы и оружия в руках. Нет. Дурь уже выбита, пролилась вместе с кровью. Он уже познал вкус бесконечного одиночества. Хотя, если верить аттури, многие яута эту дурь не теряют никогда. Но... если бы Хаф таким и остался... он бы не помог. Не стал бы так заботится. Не стал бы приводить в действие закон Первой Крови.
Не о том думаю! Смутная тревога наконец-то оформилась в моей голове, и я обратила внимание на одну странность.
Яут двигался довольно медленно, часто ненадолго останавливаясь. Буквально на пару минут, как останавливаются уставшие от долго перехода люди, чтобы передохнуть и чуть отдышаться. Но Хаф далеко не уходил, а при его колоссальной выносливости подобные передышки совершенно ни к чему. Да и двигается он слишком медленно.
Хорошее настроение испарилось окончательно, оставив после себя липкую тревогу.
Наконец точка сигнала доползла до ангара. Я отключила карту, внимательно всматриваясь в обзорный экран атта. И вот, наконец, в дверях нарисовался Хаф с неизменным шессом в руках.
Я открыла шлюз, пропуская яута на борт, и тут же вновь закрыла. Охотник едва заметно склонил голову набок, приветствуя меня и одновременно спрашивая. Я прикрыла глаза, отвечая, что все хорошо.
Тихое урчание.
Выглядел он устало. Броню покрывали свежие и глубокие царапины. Я нахмурилась. Меня не столь смущал сам факт недавнего боя, сколь ненормальная тяжеловесность и скованность движений обычно куда более ловкого яута. Но лезть с расспросами я не стала. Всему свое время.
Хаф положил шесс на оружейный крепеж на стене, склонил голову набок и кивнул в сторону пульта.
- Невредим, готов к работе. - тут же медленно и внятно сообщила я на науда.
Резкие рычащие слова неприятно царапнули гортань. К языку надо привыкать: в произношении он не легкий.
Хаф кивнул, давая понять, что услышал и понял. Так же молча привалился плечом к стене, едва слышно застрекотав. Мне это не понравилось. Что-то с ним не так, но что? Я переключила аппаратуру на привычное зрение, внимательно осматривая могучего воина.
Взгляд тут же зацепился за слабое зеленоватое свечение у мыска левого сапога яута, едва заметное в ярком освещении атта. Кровь! Твей светится достаточно ярко, значит, свежий. Какого черта?! Я резко вскочила на ноги.
Яут напрягся, но не шелохнулся. Светящаяся капелька наудской крови медленно поползла по изгибу узора пола. А у меня по спине пополз озноб!
Я молча обошла Хафа кругом. Увидела его спину, и мне стало плохо: от основания шеи и практически до поясницы чешуйчатые пластины покрывали светящиеся твеем глубокие рваные борозды, словно яуту нечто огромное и тяжелое запрыгнуло на плечи и сползло вниз, вспоров броню и плоть когтями!
Обычный трутень на такое не способен: броня, пусть и не высшей категории защиты, но, все же, достаточно прочная, чтобы выдержать удар когтистой лапы. Да и весу не хватит. Мамаша? Навряд ли. Там бы повреждения были куда серьезнее: слишком уж огромная туша. Остается лишь один вариант.
- Ятканде.
Хаф не шелохнулся. Вот только руки сжались в кулаки до хруста. Значит, я угадала. Хаф встретился с ятканде. Скорее всего, просто ненароком подставился в бою. На плечах и нагрудных пластинах виднелись неглубокие царапины от когтей обычных каинд амедха. Вчера их не было. Значит, свежие. Был бой с обычными трутнями, а потом - с ятканде. Может, не заметил сразу, или тварь подобралась уже позже, и сумела запрыгнуть ему на спину. Не важно.
Плохо, что ранен. Хорошо, что живой.
Я медленно, с сипом выпустила воздух сквозь стиснутые зубы.
Захотелось кого-то убить.
Он напрягся.
Ты-то чего уже дергаешься? Вижу же, что тебя немного "ведет". А вот что мне теперь делать?