И я дождалась. Негромкого ответа.
- Да.
У меня глухо бухнуло сердце.
- Шанс на что?
Тихий рокочущий смех, от которого у меня задрожали руки.
- Хочешь знать, чего от меня ждать?
- Здоровое желание, не находишь? - слегка ворчливо заметила я.
- Нахожу, те-уман.
Я как стояла, так и села. На задницу мимо кресла. Честно, ноги меня не держали.
Те-уман!
Хаф наблюдал за мной с каким-то нездоровым интересом. А я сидела и не могла собрать в кучу мысли! Он назвал меня те-уман! Просто сообщил о своем решении, не сомневаясь, что я соглашусь! Те-уман! Это же....
Золотые глаза медленно становились непроницаемыми.
- Ты против?
Тихий спокойный голос. Против ли я? Он что, издевается? Или шутит так? Я подняла голову, всматриваясь в его глаза.
Бесполезно. Бесстрастное золото.
- Ннан"чин"де. - я вздохнула. - Ты же умный мужчина. Ты же сам знаешь, что я тебе скажу.
И он отвел взгляд. Рокочущий голос чуть дрогнул.
- Что ты видишь во мне такого, что заставляет забыть о наших различиях?
Вот умеет же задать вопрос, ответ на который всю душу вывернет! Я села в кресло, задумчиво рассматривая яута, сидящего на корточках передо мной. Что я в тебе вижу? Как объяснить? Ни одни слова не передадут. Но я постараюсь. Просто потому, что чувствую. Это важно.
- Хаф. Я давно никому не доверяю. Ни на мгновение. - я качнула головой. - Не верю ни единому слову. У меня есть на то причины.
Тяжелый вопрос в золотых глазах вынуждал меня говорить.
- Мое детство закончилось, когда меня первый раз предали. Первый, не последний.
Едва слышное низкое рычание.
- Да, люди легко предают. Потому что им это выгодно. Но я уже привыкла... к этому времени.
Рычание стало глубже и злее.
- А потом меня предал мужчина, которого я впустила в свою душу... - я прикрыла глаза.
Нечего ему видеть, насколько сильно это задевает меня. Даже сейчас, когда прошло столько времени.
Бесполезно.
Увидел.
Рычание с каким-то странным стрекотом прервалось.
- Я потеряла остатки доверия.
Хаф молчал. Едва слышное рычание стихло, но золотые глаза смотрели тяжело. Яута не прощают предательства. Никогда и никому. Знал бы еще он, КАК меня предали... и что тот урод сделал....
Тихий стрекот заставил меня говорить дальше.
- Сперва это было тяжело. Сознательное одиночество в толпе соплеменников. Но я привыкла. И никого не собиралась пускать в свою... - я запнулась.
В горле стоял неприятный колючий комок. Я потерла лицо. Яут молча смотрел на меня. Золотые глаза хищника. Нечеловеческое лицо. Кошмарное, страшное, даже можно сказать уродливое. Чудовище. Жестокий кровожадный монстр. Инопланетный убийца. И, какая шутка богов, воплощение всего того, что в нашем мире уже ушло, и вспоминается с тоскливой ностальгией.
- Ты спрашиваешь, что я в тебе вижу? Я увидела в тебе то, что никогда не находила в своих сородичах.
Я тряхнула головой, прогоняя все еще мучительные, но уже начавшие подергиваться забвением воспоминания. Только сейчас, встретив это поразительное существо, встретив Ннан"чин"де, я поняла, что он сможет помочь мне окончательно перелистнуть эту страницу моей жизни.
- Ты не знаешь, какой я. - низкий голос яута вибрировал от сдерживаемого рычания.
Пальцы непроизвольно скользили по рукояти подаренного им оружия, ощущая рельеф сложного узора.
- Не знаю. - легко согласилась я. - Но я тебе доверяю. Я хочу тебе доверять! Я знаю, что могу тебе доверять.
Подлокотник под его пальцами захрустел.
А я, глядя, как прогибается и сминается металл, добавила:
- Ты - не предашь.
- Ты понимаешь, что я могу тебя убить?
- Понимаю. Если потребуется - убьешь. Но убьешь честно, глядя мне в глаза, а не ударишь в спину.
- Тебя это не пугает.
Это не было вопросом. Он просто констатировал факт.
- Нет. - я покачала головой. - Меня пугает другое, Ннан"чин"де.
Хаф молчал.
- Пугает до дрожи, до ужаса, до паники.
Он пристально всматривался в мое лицо, в глаза. Но ничего не говорил.
Он давал мне высказаться.
- Иногда мир... терял цвета. Становился серым. Каждый день одинаковый и похож на любой другой, отличаясь лишь в незначительных мелочах. Они проходили мимо меня, не оставляя в памяти воспоминаний. Просто проскальзывали мимо. День за днем. Месяц за месяцем. Год за годом. У нас есть даже... определение такое... Серые будни. Серые, Ннан"чин"де! Пустые. Лишенные смысла. И когда понимаешь, что вся твоя жизнь до самого конца уже предопределена и пройдет по маршруту "дом-работа-дом"... одинаковая и пустая... что-то... угасает.
Вновь затрещала обшивка, сминаемая сильными пальцами. Хаф ничего не говорил. Но какие у него были глаза....
- Я боялась, Ннан"чин"де. Боялась, что когда-нибудь этот... огонек... угаснет навсегда. Уступит место пустоте и безразличию. Боялась, что рано или поздно я смирюсь. Стану такой же, как другие. И однажды увижу в зеркале такую же глухую пустоту, какую я видела в глазах других.
Обшивка не выдержала и треснула. Яут вздрогнул и убрал руку.
Я едва слышно рассмеялась. В его глазах появился вопрос.
- Знаешь, это... странно.
Он чуть склонил голову набок.