– Однажды на выпускном в девятом классе мне ради шутки плеснули в мой апельсиновый сок лимонной водки. Что-то похожее. Но явно лучше лимонной водки.
Аня потянулась к кофейнику и добавила мне еще.
– Мне кажется, ты немного обижен на отца.
Я рассмеялся, хотя было совсем не весело.
– Вот такой плавный переход с пластмассовых чудовищ на моих родителей. Тебе правда интересно? – я навис над столиком, а Аня продолжала внимательно смотреть на меня.
– Извини. Но всегда интересна биография людей, которые назвали сына Жданом.
Обещала повиснуть неловкая пауза, но я не дал ей шанса.
– Звучит как самое милое двойное оскорбление.
Аня только пожала плечами.
– Ладно, а как ты представляешь моих родителей? Немного тронутая сединой грустная пара, единственный поздний сынок которой стал балбесом-блогером и шляется бог знает где, раз в месяц отравляя сухую открытку? А они с полными грусти глазами поддерживая друг друга под локти выходят каждое утро встречать меня на автостанцию? Аня, все это даже близко не похоже на реальность.
Аня молчала.
– Я поздний ребенок не по прихоти природы и моя появление – далеко не чудо, а скорее случайность. Один в бесконечных поездках по мифическим «объектам» в попытках выдавить пару сотен тысяч рублей на какие-то счета, с которых я ни разу не видел баснословного богатства. Другая на курсах по саморазвитию. Пятидесятых по счету. Если бы я столько саморазвивался, то шапки мне бы шили по спецзаказу. Зато с моим появлениям также появилась возможность реализовать все их растраченные по жизни мечты и планы. За мой счет, само собой
– Думаю у вас пат, – заметила Аня. – Ты разочарован ими, равно как и они тобой. Вот только ты все равно проиграл. Назло стреляешь себе в ногу?
– Ты про нежелание проступать в какую-нибудь финансовую академию и одновременно военно-командное училище?
– А чем ты намерен заниматься? Дальше, я имею в виду.
– Сменить тему, – я загибал пальцы. – Допить кофе. И разобраться со всей этой ерундой, которая творится вокруг. Я сюда ехал за красивыми фотографиями миражей на плохой телефон, а получил кровоточащие пластмассовые куклы и прочий ужас.
– Ладно, – Аня долила мне остатки кофе. – Кое с чем я могу тебе помочь. Например, с первым пунктом. Сменим тему на моего мужа, – она отставила в сторону пустой кофейник. – Редкостная дрянь.
– Он?
– Нет. Я. И этот кофе.
Мы некоторое время молчали, смотрели в окно, за которым неспешно плыли полосатые облака.
– У меня для тебя кое-что есть, – спохватилась Аня и полезла в свою сумочку. – Вроде безделица, но тут на краю земле – редкая вещь, а учитывая твои финансы – еще и роскошь. Если честно – покупала себе, но не смогла выдержать дешевой рекламной обложки. Держи.
Она с улыбкой протянула мне чистый блокнот. На обложке блестела глянцем реклама отеля на каком-то курорте.
– Спасибо.
– Это тебе чтобы мысли в порядок приводить. Последней строчкой в нем должно быть – «я разгадал тайны это дурацкого городка благодаря своим уму и смелости и моей подруге Анне».
Я засмеялся.
– А ручка в комплект входит?
– Извини. Это роскошь даже для меня. Стащи у любителя древних цивилизаций.
Я еще раз поблагодарил и убрал блокнот.
Аня внимательно смотрела на меня, уткнув подбородок в скрещенные перед собой пальцы.
– Ты всегда будешь заниматься этом? Я про нашу работу и спрашиваю не с упреком, а с чисто женским любопытством.
– А что в этом плохого?
– Ничего, но есть нюанс. Наше время проходит. Лет десять назад мы были на вершине, а сейчас стыдно сказать, чем мы занимаемся. Простым людям, конечно, не другим блогерам. Нам не стать миллионерами – мы делаем не тот контент, да и медиа-звездами тоже. Нет, мне нравится то, чем я занимаюсь, но именно то, что я пишу и снимаю. Я не хочу стать контент-проституткой только ради лишнего миллиона подписчиков.
Я поймал себя на мысли, про прекрасно понимаю ее, хотя со стороны наш разговор, наверное, казался пустым и глупым.
– Я раньше вел другой блог. Когда начинал и мне это тоже нравилось. Я писал о культуре и музыке восьмидесятых. Знаешь, – я улыбнулся, – с детства люблю это тему, что странно, наверное. Ну знаешь там: неон, Кьюберт на Спектруме, фильмы на VHS, Guns N’ Roses, Van Halen, Iron Maiden… В общем, я писал про все это и думал, что единственным в своем роде королем культуры времен первого «Терминатора» и пятьдесят два моих стабильных подписчика были полностью с этом согласны.
Аня засмеялась, затем отмахнулась рукой.
– Извини. Так получается, что ты уже предал то, о чем хотел поведать миру?
– Возможно. Я не думал о этом раньше. Спасибо тебе, Аня! Но если так судить, то я сделал это уже дважды. Знаешь, я же хотел стать писателем. Из тех, которые самые настоящие – тиражи, клубы, интервью и бессонные ночи за ноутбуком. Хотел писать о городских легендах.
– О, думаю, не все потеряно. Если это твоя первая мечта, ты отыскал хренов клад!
– Ну, пожалуй, ты права, – согласился я.