Ему следовало бы носить майку с надписью «Этот парень всегда прав».
– Буду должен, – сказал я, вымученно улыбнувшись. – Спасибо.
– Нот проблем. Идем за литром чая.
Насчет литра он не шутил. Притащил чайник и водрузил его на стол. Затем о чем-то долго говорил с кивающим Борисом Борисовичем, вертел в воздухе пальцами и указывал на календарь. Затем пожал его сухую руку.
– Все в порядке? – осторожно поинтересовался я.
– Само собой. Объяснил человеку зачем при засолке лосося нужен сахар. Совсем одичал тут со своими книжками и ключами. Или ты про себя? Два дня, как обещал. Тут проблема в другом, – он нагнулся над столом и заговорщически подозвал меня ближе. – Подарки подарками, но я планирую небольшую вечеринку. Сюрприз, конечно. Позову пару человек и этого забывчивого хрыча тоже. А ты приходи с Дашей. Я же видел, как вы гуляли по берегу, значит немного знакомы.
Я отхлебнул крутого кипятка со вкусом мяты и липы.
– Не могу. Она на большой земле. И когда вернется неизвестно.
– Подожди, а каким это рейсом? Я же…, – договорить он не успел, тихо шикнул мне и кивнул на лестницу. Хмурая Аня спускалась в обнимку с ноутбуком.
– Сегодня зальем второй материал, – сказала она без приветствий. – Точнее, промо. И будем думать о дальнейших планах. Как там Камиль? Хорошо бы расспросить его, что там случилось и что он видел.
– Камиль жив, здоров и бесконечно тебе благодарен, – отозвался Максим и добавил. – Именинница.
– О! – Аня закатила глаза. – Ну, если вы знаете, то давайте, желайте мне уже «счастья, здоровья, но, самое главное, здоровья» и покончим с этим.
– Нет, так просто ты не отделаешься.
Максим поднялся, поцеловал ее в щеку. Я обнял, неловко растопырив руки.
После недолгого завтрака, во время которого Борис Борисович с чувством долга жарил гренки, раскрыв поваренную книгу, а Максим суетился вокруг Ани, словно пчела, мы засобирались каждый по своим делам.
– Хоть один подарок или сюрприз, и вы оба трупы, – Аня пригрозила нам вилкой.
Изменчивая северная погода уже затянула небо облаками, а легкий бриз превратился в пронизывающий ветер. По берегу брел человек в странном для этого места пальто. Я было решил, что к нам пожаловал Крайчек, но незнакомец был ниже и без шляпы. Он брел к пирсу и то появлялся, то исчезал в колышущейся снежной дымке.
– До вечера, покойник, – сказал Максим и протянул мне руку.
– Подожди. Слушай, почему ты так спокоен? – я сбегал вслед на ним вниз по скользким ступеням.
– Это ты о чем?
– А ты не видишь? – я обвел рукой горизонт. – Это городок словно кошмарный сон. Меня вчера чуть не загрызла живая кукла. А потом едва вырвался из несуществующих комнат, кишащих хищными картинами. Или для Севера – это нормально?
Максим внимательно слушал меня, часто моргая, а потом рассмеялся.
– Слушай, я может и не великого разума человек, по кое-что соображаю. И, по-моему, все очевидно.
– Да неужели?
– Ты видел эти пустые здания за городом, лаборатории и что-то там еще. Что знает, что там делали ученые, как долго и до чего докопались? По мне, если в задвинутом на край карты поселке есть такой научный центр – это неспроста. И изучали тут явно не птиц или китов. И свернули исследования, эвакуировав персонал тоже не зря. Может что-то пошло не по плану и нарыли они нечто такое, что лучше дальше не изучать. А быть может их не эвакуировали вовсе…
Как бы не примитивно все это звучало, но ничего лучше я придумать не мог. И скорее всего максим был прав. Все что нам нужно – это не попасться в цепкие лапки тварей, наснимать как можно больше материала и заработать денег. Мы тут явно не для спасения мира или поиска порталов прямо в ад.
– Пожалуй, ты прав, – сказал я.
Максим похлопал меня по плечу.
– Купи себе монтировку и живи спокойно – вот мой совет, – сказал он.
– Это сразу как разменяю миллион одной бумажкой.
Он усмехнулся.
– Ладно, идем.
– Куда? – не понял я.
– Узнаешь.
– Мне бы подарок найти.
– Тогда через час на северном причале.
Максим шагнул вперед и исчез в поднявшейся пурге. Я пожал плечами и отправился в город.
***
Поиск подарка – занятие мучительное, особенно когда в кармане пятьсот рублей, из магазинов только продуктовая лавка и аптека, а ты на севере, где цены дают фору столичным. В конце концов я сбился с ног в поисках наименее позорного подарка и сдался. Но к тому времени ноги занесли меня на окраину поселка к мысу, за которым чернели, выглядывая из воды старые остовы кораблей. Новый отель остался позади меня, сверкая синевой стекол, а впереди покачивались на воде две моторные лодки. Возле них суетились люди в куртках, под капюшонами я не мог разглядеть их лиц. Едва я подошел ближе, хмурый бородач в непромокаемом плаще поверх куртки всучил мне ящик. Максим выглянул из лодки, откинув капюшон и помахал рукой.
– Куда? – спросил я, вместо того чтобы пререкаться.
Он кивнул в сторону расстеленного у дороги брезента и полез в лодку.
Ящиков было немного, но я старался подхватывать именно их и сторонился бьющей хвостами в крупных сетках рыбы. Блеклые глаза рыбин, казалось, смотрели прямо на меня.
От непривычной работы мгновенно начала ныть спина.