– Вопрос, который тебя все еще мучает, верно? Хотя ты потерял почти все, что тут приобрел. Даже деньги от блога отдал на номер в отеле, а не купил на них обратный билет. Но ведь это даже не твоя история. Хочешь разгадать ее в память об Ане?
Я промолчал.
– Никто не смотрел на эту загадку под верным углом. И именно поэтому никто так и не понял, кем был Клим Киров. Ваша беда в том, что вы погружаетесь в саму историю, вместо того чтобы подняться над ней. В лабиринте не видно пути к выходу, но если посмотреть сверху…
Он разломил гальку как тонкое сухое печенье и жучки посыпались на песок, торопливо разбегаясь.
– Что тебе, Ждан, в истории Клима Кирова кажется самым странным?
– То, что мы вообще завели этот разговор.
Он засмеялся.
– Ну, кроме очевидных вещей? Вероятно, то, что его тело так и не нашли? И вот ты копаешься в истории, зарываясь все глубже. Изучаешь дневники и протоколы допросов. Самоубийство это было или может убийство? Не поддельны ли его записи и если нет, то что было у него на уме? И какую роль в этом всем играет маленькая потерявшаяся девочка? И так ты проходишь круг за кругом, повторяя путь тех, кто шел до тебя и намечая его тем, кто пойдет после. Верно?
Я пожал плечами вместо ответа. Начинало знобить.
– Его дневники настоящие, как думаешь? – вдруг спросил незнакомец.
– Никто не доказал обратного.
– А почему он спас девочку и написал потом, что мог бы ее спасти?
– Может от был не в себе?
– А неуверенность в том, покончить с собой или провести праздник с семьей?
Я выдавил из себя жалкую болезненную улыбку. Почувствовал, как потрескались сухие губы.
– Что вы хотите от меня? – я снова перешел на вы. – Этими вопросами наполнена вся история. Откуда я могу знать?
– Я всего лишь хочу, чтобы ты поднялся выше. Посмотри сверху на эту историю. Что ты видишь?
– Я вижу, как вы крошите на песок камни.
Он отмахнулся.
– Это не настоящие камни. Сосредоточься. Закрой глаза и поднимайся выше. От момента вселения до момента, как он курит на обрыве и смотрит вниз. Что ты видишь? Дневник, девочку, его труп?! – он почти кричал. – Что?
– Ничего, – выдохнул я.
– А почему?
– Потому что Клима Кирова не существует. И никогда не было.
– Вот!
Он победно сжал кулак и швырнул в воду обломки камня, затем отряхнул ладони и потрепал меня по плечу.
– Клима Кирова никогда не было! Зато был другой человек. Тот, который не умел плавать или делал это плохо. Тот, кто не смог спасти ребенка в день шторма из обратного течения пятью годами ранее. Тот, кого чувство вины разрывало на две личности, одна из которых поселилась в отеле в первый день своего отпуска, а другая писала дневник за них двоих. Та потерявшаяся девочка была счастливой случайностью, возможностью частично загладить вину перед собой. Но этого оказалось недостаточно, и он решил убить свою вторую личность прыжком с обрыва. Было ли это на самом деле? Скорее всего лишь в дневнике. Но на следующий день он пришел в этот отель. Он допрашивал администратора и ничего не указал в протоколе о том, что постоялец был так похож на него самого. Как и прочие вещи, вроде отпечатков пальцев, все это было уничтожено тем, кого из истории мы знаем как Следователь Один. Его вторая личность растворялась в водах соленого моря, а первая стирала отпечатки с ручек шкафов и дверей. И если тебе это покажется бредом, отыщи информацию о том, кто вел это дело. Ее немного, но есть. Бывший дознаватель, а до этого курсант с незамысловатой фамилией, родившийся в восемьдесят пятом году в небольшом южном городке в доме на пересечении улиц Клима Ворошилова и Сергея Кирова. Встречал ли он новый год с семьей, мы не знаем. Известно только одно – Клим Киров – загадочный постоялец отеля бесследно исчез в морских волнах второго октября две тысячи шестнадцатого года.
Он замолчал и навился пронзительная тишина. В ней я поднимался все выше и смотрел вниз. Там расступались облака. Хмурый человек в тонкой серой куртке держал за руку серьезную девочку с пакетом абрикосов и они, не отрываясь рассматривали меня в небе, заслонившись рукой от солнца.
– Мне пора, – он снова хлопнул меня по плечу и поднялся. – Возвращайся в номер и попроси помощи. И серьезно болен.
– Всех, кто мог мне помочь, я растерял.
– Не совсем. Остался еще ты сам.
Я смотрел на его удаляющуюся спину.
– Постойте! Ведь вы за этим приходили, верно? Дать мне подсказку.
Он покачал головой.
– Вообще-то ты ко мне пришел.
– Нет-нет! Вы как этот…, – я пощелкал пальцами вспоминая. – Аня говорила про Тихий Дом. Место, где все становится понятно. Где бесконечные ответы на бесконечные вопросы и полная тишина. Вы точно явились оттуда чтобы подсказать мне что делать дальше.
– Не говори ерунду. Тебе не нужны подсказки. И никакой Тихий Дом тоже.
– Потому что это просто легенда?
Незнакомец едва заметно качнул головой.
– Поднимись повыше, взгляни еще раз и поймешь. А если не поймешь, поднимись еще выше. Тебе не нужен Тихий Дом. Ты уже в нем.
***