Сиду нравились золочёные купола и причудливые орнаменты. Он любил, когда ноги его утопали в мягких мавританских коврах, любил следить глазами бесконечные узоры, где непонятные кудрявые буквы составляли красоту арабского рисунка. Он часто повторял: «Поскольку у меня не было своих королевств…» Но зато у него были вассалы. И те из них, кто возвращался в свои земли, побывав на свадьбе его дочерей, не сомневались, что Сид — истинный король.
У стен Валенсии хугляры, призванные по столь торжественному случаю, меняли свои песни на подаяние. Хугляр из Мединасели увидел вокруг себя многих мастеров игры на виоле, а также певцов, сказителей и грамотеев, желающих пройти в ворота города. Он решил, что опоздал. Свадьба дочерей Сида привлекла гостей из трёх королевств. Хугляр подумал, что он слишком слаб и ничтожен, чтоб вступать в спор, и оперся о шершавую стену, выжидая.
В толпе кто-то пустил слух, что инфанты Каррионские едут свататься только затем, чтоб отомстить Сиду за то, что он живёт в Валенсии, как настоящий король. Другие смеются. Важно одно: женихи приехали. Один из Барселоны, другой из Наварры. Дождь шёл сегодня с утра, и небо хмурилось. Вечер тоже наступил мрачный и бурый. Хугляр подумал, что не худо бы поискать кров. Кто-то тронул его за плечо.
— Пропусти меня.
Новый пришелец ел оливки и со свистом выплёвывал косточки. Он был нищий. Хугляр отодвинул лютню, стоящую у стены. Нищий сел рядом с хугляром на землю.
— Да не плюйся, чесоточный!
— Ешь.
И беззубый нищий протянул хугляру полную ладонь оливок. Хугляр смерил взглядом старика и ничего не ответил. Он-то ведь не нищий, он умеет играть на лютне и гуслях, умеет составлять песни и стихи… Он может даже исполнить на мавританской гитаре любовные напевы и военный гимн. Или составить хвалебную песнь в честь какого-нибудь богача, как учили его дед и отец.
— Нищенствуешь?
— А ты?
— Составляю стихи.
— Славное дело, — вздохнул нищий и задумчиво почесал локоть. Когда он поднимался, чтоб идти дальше, хугляр задержал его.
— Ты разве не собираешься ждать прибытия инфантов Каррионских?
— А они не приедут.
Хугляр взглянул на серое, затянутое тучами небо.
— Откуда знаешь? Колдун, что ли? На звёзды смотрел?
— Я ослу под хвост смотрел, дурень. Ты говоришь — сказитель, а вот соображения не имеешь. Когда это дожидались свадьбы, чтоб узнать, пили ли там вино? Смекаешь? Да ты куда собрался?
— Дождь.
— Накройся и погоди. Тебе есть куда идти-то? Тебя позвали подбирать объедки или надеешься заработать, извлекая из своего горла хвалы гостям и хозяевам? Хочешь бежать от меня? Давай-ка подстелим овчину да погодим. Уж едут. Слышишь конский топ? Они едут к себе домой, а у тебя дома-то и нет. Эх ты, грамотей! Да когда ж это ходили на свадьбы, чтоб потом рассказать о них плохими стихами?
— Не пойму я тебя, старик…
Дождь всё гуще падал на Валенсию. Крестьяне погоняли осликов, чтоб скорее укрыться под крышей. Таинство дождя сблизило всех — монахов, мавров, воинов, торговцев, мальчишек и собак. Ворота города казались тесны, чтоб пропустить всех, кто прибыл взглянуть на свадьбу дочерей Сида.
— Да зачем тебе в город, хугляр? Все стараются заработать на куртку и штаны, которые порвут на обратном пути в Кастилию. Слушай-ка, я вздремну, а ты покуда пораскинь мозгами.
Какой-то мужчина с женой и несколькими детишками тоже пытались укрыться от дождя у городской стены. Наши знакомцы приняли новоприбывших с покорной улыбкой, и чтоб согреть тело и душу, мужчина вытащил мех с вином, передавая всем по очереди.
— Отец, вон там выступ крыши, верно, меньше мочит.
Все побежали, куда указывал мальчик, ибо дождь усилился. Когда все уселись, мужчина вынул из мешка сыр и поделил на равные доли.
— Прибыли уже инфанты? Говорят, будут беспорядки.
— А вы что смотреть пришли, беспорядки или свадьбу?
— Мы пришли милостыню собирать… А если ещё беспорядки будут…
— Не приедут ваши инфанты. Уже прибыли женихи. Улыбчивые каталонцы привезли графа Рамона, а молчаливые наваррцы инфанта Рамиро, очень молоденького и тихого, как монашек. Все уж разместились: прелаты, графы и дамы. Говорят, мавританки все балконы и галереи заполнили — смотреть на свадебный кортеж, как двинутся в собор, что раньше был мечетью. Вы не видали, уж всё для турниров приготовлено? Для метания копий и всякого такого. А про бой быков слыхали? Готовится. Говорят, сам Сид копьё в руки возьмёт для такого случая.