Ермилов разочарованно задернул шторы, собираясь завалиться на просторную кровать и выспаться перед завтрашними делами. К вечеру он должен был вернуться в Москву, как велел Плотников. Петр Анатольевич не любил надолго выпускать сотрудников из своего начальственного поля зрения. Сам всегда динамично работал и того же требовал от подчиненных.
Он вообще уже начал проявлять недовольство, что Ермилов так долго отрабатывает информацию по этой справке.
— Олег! — в номер заглянул Славка с обиженным выражением лица, держа в здоровенной лапище бутылку водки за горлышко. — Ты что, всерьез собрался дать храпака? А еще друг называется.
— Ты ошалел? Предлагаешь мне завтра явиться в Управление, «дыша духами и туманами»? Лучше расскажи, что ты тут добыл для меня?
Богданов с унылым лицом бухнул бутылку на журнальный столик и сел напротив Олега в кресло. Кресло жалобно крякнуло под его массивным генеральским телом.
— Скучно с тобой стало. Подай мне стакан. Я буду пить в одиночку. Если что, мой номер соседний — отнесешь мое бездыханное тело туда.
— С чего это ты собрался так упиться? — Ермилов насмешливо смерил взглядом бутылку водки. — Этой мензурки тебе не хватит. Рассказывай, — он хлопнул ободряюще Богданова по могучему колену. — Если ты меня вызвал сюда только за этим, — Олег звонко щелкнул по горлышку бутылки, — я на тебя Люську натравлю.
— У Евкоева в Магасе есть двоюродный брат. Мне сказали, что он будет с нами откровенен и у него зуб на брата.
Богданов чего-то недоговаривал. Он закурил, к неудовольствию Олега, и с тоской поглядел на бутылку.
— Куражу в тебе нет, Олег Константиныч. В прокуратурке ты был повеселее, попроще.
— Не бухти! Они тут друг друга не закладывают, тем более властям. Почему вдруг брат решил пооткровенничать?
— Завтра поймешь, — отмахнулся Богданов. С зажатой в зубах сигаретой, захватив бутылку, он удалился к себе в номер.
Явление страждущего Богданова согнало сон с Олега. Он достал из сумки ноутбук. Еще в Москве записал несколько файлов на свой компьютер, чтобы почитать в самолете. Но в полете просто-напросто уснул: была сильная турбулентность, и его укачало.
— «Белые каски», — пробормотал он, — как строители гуманного общества, что ли. Все в белом. Только руки по локоть во лжи, хлоре и зарине и видеокамера на боку. Карикатура какая-то. «Белые каски» — как белый флаг, который в данном случае выбрасывают не для того, чтобы вести переговоры или сдаться, а для того, чтобы влезть в зону боевых действий и устроить провокацию.
«Вот и основатель этой гуманитарной конторки. Джеймс ле Мезюрье — бывший офицер британской армии. За его плечами — Босния, Косово, Ирак, Палестина и Ливан. «Оставив» армию, он стал наемником одной из фирм, связанных напрямую с Blackwater Academy. При этом частная военная компания (ЧВК) «Черная вода» была создана тоже бывшим офицером, но американским. В 1997 году. Накануне событий на Ближнем Востоке. Ирак и далее везде.
Став одним из наемников, Мезюрье, вероятно, создавал себе имидж головореза, чтобы привлекать под свои знамена людей беспринципных, намеренных сеять хаос вокруг себя, а Мезюрье, вернее, те, кто за ним стояли, люди из МИ6, возглавили бы этот хаос и грамотно направляли его, в данном случае против правительственных войск Сирии, против сирийцев. Ведь арабов англичане ни во что не ставили, как и все народы Африки и Ближнего Востока.
Ермилов попытался представить себя на месте этого Мезюрье. И в подобном умозрительном допущении возникала нестыковка психологического толка. Окончил Джеймс Королевскую военную академию в Сандхерсте, а затем вдруг, наплевав на годы непростой учебы и службы, стал просто наемником, рискующим головой ежедневно. Только из-за денег? Идеи в такой «работе» нет и быть не может. Психические отклонения? Может, садист он? Искатель приключений?
А вот если предположить, что Мезюрье получил вполне конкретное задание и, как исполнительный британский офицер, последовательно его воплощал в жизнь, то все встает на свои места. И география его перемещений, и работа в ЧВК.
И вот этот тип ставит на рельсы британский гуманизм особого толка. Гуманизм в арабские массы! Ровно в тот момент, когда пробные шары с химоружием уже с грохотом прокатились по страницам мировой прессы. А теперь надо все поставить на поток — съемки — имитацию химатаки или в самом деле устроить химатаку, подорвав самодельный баллон с хлором или баллон из тех запасов, что американцы нашли у иракцев.
