– Спасибо, что пытаешься меня приободрить, – сказала она с теплотой в голосе и опустила голову.
Орвис придвинулся ближе к ней и наклонился к огню, протягивая к нему руки. Тени обвивали его длинные пальцы, будто пытаясь схватить.
– Этот костер навевает воспоминания. Пустыня и мы с тобой у костра. Я уже привык, что нас только двое, а здесь такая толпа, – отметил он тихо, и Кайри обиженно отвела взгляд.
– Вдвоем было проще, – призналась она, заправив за ухо прядь волос.
– Воссоединение проходит не слишком гладко, но пока обходимся без кровопролития, – он саркастически усмехнулся, но стал серьезнее, увидев ее лицо. – Эй, я ведь предупреждал, что меня здесь не очень-то любят.
– Ты и сам на них бросаешься. Та история с Фархамом…
Орвис мгновенно вспыхнул.
– Фархам заслужил.
– Неужели тебе не тяжело жить в кольце врагов?
– Тяжело, – вздохнул Орвис. – Но есть вещи, которые так просто не решаются.
– Я понимаю, – сказала Кайри. – Но я рада, что ты встретил Ассуи.
– Я тоже, – Орвис взглянул на нее и кивнул. – Она тоже говорила мне про врагов. Советовала открыться людям, пока моя ненависть меня не сожрет.
– Это не лишено смысла, – согласилась она.
Они немного посидели молча. Орвис вытянул ноги, чтобы погреть их у костра, а Кайри рассматривала инфосер, бросая взгляд в сторону лагеря аквангов. Орвис украдкой наблюдал за ней и понимал, что ее тревожит. А именно, его персона, не желающая говорить ей правду. Все, кроме Кайри, знали о нем все, и она чувствовала себя обманутой.
– Кайри, – вдруг тихо позвал он, и она чуть вздрогнула, посмотрев в его глаза. Орвис слез с камня на землю и устроился напротив коленей Кайри. – Что-то случилось, – она замотала головой, но Орвис не спрашивал, а утверждал. – Нет, я знаю, с тобой что-то не так.
– Я в порядке.
– Нет. Ты врешь. Если думаешь, что мне все равно, и я ничего не вижу – ты ошибаешься.
Кайри вздохнула и посмотрела в его глаза. Ее уши порозовели, как всегда случалось, когда она взволнована. Ей некуда было деться от его пристального взгляда.
– Давай поговорим, – попросил он, сам не ожидая, что в его голосе отразится мольба.
– Это связано с тобой.
– Так, это уже интересно, – нахмурился он.
– Дерен, Гаарод, Фархам – они все знают тебя, а я нет. Ты мой друг, и я хочу помочь тебе. Но ты не хочешь рассказывать. Я понимаю, что иногда сложно открыться другому человеку…
– Кайри, – с нажимом позвал он, заставляя ее посмотреть на него. – Я все тебе расскажу.
– Сейчас?
– Да. Смелее.
– Я знаю, кто ты, Орвис, – сказала она и сердито отбросила пряди волос, которые закрывали глаза. Орвис уловил это движение, и ему вдруг стало не по себе. – Я видела портрет твоей семьи в королевской галерее в Солнечном Шпиле. Знаю, что Дерен – твой брат, а ты – последний наследник династии Гайдов. Ты принц. Ты должен был стать Королем Рипербаха.
Губы Орвиса поджались в тонкую линию, челюсть напряглась. Кайри неумолимо, в свойственной ей манере, не отводила от него взгляда.
– Давно ты знаешь?
– С начала поездки. Почему ты не рассказал раньше? Если бы я знала, кто ты на самом деле, я бы…
– Что бы это изменило? – перебил он. – Это только еще одна история из моего прошлого, и все. Я уже ничего общего не имею с сара-королями.
– Но ведь ты был когда-то частью той жизни, – возразила горячо Кайри. – Как случилось, что ты отрекся от нее?
– Это долгая, скучная и поучительная история, – пожал плечами Орвис и горько усмехнулся. – Не уверен, что ты захочешь слушать ее всю ночь.
– А мы разве куда-то торопимся? – улыбнулась Кайри. – Я хочу лучше узнать тебя и понять, наконец, кто ты. Позволь мне это.
Орвис давно не испытывал такого страха. Он чувствовал себя в точке невозврата. Он понял: после его рассказа все изменится. Скорее всего он потеряет Кайри, как и всех остальных, но Ассуи права: он должен хотя бы попытаться довериться кому-то, кроме себя самого. И он решился.
– Хорошо, но хочу предупредить. Я уже говорил тебе, что узнав правду, ты во мне окончательно разочаруешься. Так вот – теперь для этого самое время.
***
– Я родился ночью, во время редкой зимней грозы, – начал Орвис. – Я видел такое только раз: небо пронзают тысячи молний и становится светло, как днем. Такие грозы называют «гневом королей» или «белыми раджигарами». Отец сам выбрал мне имя: он назвал меня в честь белого раджигара – верного соратника Рилоса Гайда.
Кайри вспомнила изображение гигантского белоснежного зверя на картинах: сила и ярость грозовой бури, воплощенная в зверином обличье. Король Рилос считал это животное равным себе.
– Мои родители долго были бездетны, поэтому мое появление на свет было долгожданным событием. С самого рождения у меня были лучшие воспитатели и учителя, отобранные отцом. Но через два года у меня появился брат. Моя мама, Королева Нае, была слаба здоровьем и умерла во время родов.
– Ты помнишь ее? – тихо спросила Кайри и вспомнила свою маму, которой тоже не было в живых.
