Она поинтересовалась также, почему меня долго не было. Ответил, что пытался длительное время выследить и добыть какое-нибудь крупное животное. Рассказал о хитром олене, спрятавшемся в пещере и затем благополучно избежавшем смерти. О берлоге же демона, о том, как в нее попал, и моем с ним общении решил вообще ей не рассказывать. Ни к чему. Однако интересно было бы посмотреть на ее морду, если бы я сейчас движением фокусника вдруг вытащил из разгрузки и показал хрустальный пузырек с заключенным в нем пресловутым демоном. Вот бы она страшно удивилась! Хотя могла и сразу озадачиться вопросом, как маленький человечек смог могучего мага заточить в пузырек и не является ли он смертельно опасным и для нее? Как следствие, с ее стороны в общении со мной возникло бы чувство дискомфорта, некая опаска, недоверие. А мне потерять ее доверие и благорасположение совсем не хочется. Пусть пока все остается так, как есть.
Показал ей небольшой кусочек, отрезанный от белой веревки, якобы случайно найденной мною в пещере.
Драконица была чрезвычайно удивлена.
– А-а, так это нить паутины гигантского паука, очень редко встречающегося, и только в определенно диких укромных местах. Она обладает необыкновенной прочностью, выдерживает огромные тяжести и не режется обычным холодным оружием людей. При этом настолько липуча, что освободиться от нее практически невозможно. Кстати, драконы тоже перед ней бессильны, если не применят огня. Говорят, что если паутину обработать соком какого-то редкого растения, то ее липучесть пропадает, зато остается необыкновенная прочность, поэтому она у людей и ценится на вес драгоценных камней. Правда, знание это давно потеряно, да и пауки эти давно нигде не встречаются.
Возьму на заметку. Так что я теперь чрезвычайно богатый человек даже без золота и драгоценных камней.
Прошло два дня. В это утро драконица встала, потянулась, как кошка, развернула и опробовала крылья. Затем заботливо посмотрела на яйцо, лежащее на земле, потом чуть дольше внимательно на меня, готовящего на огне себе завтрак, как бы оценивая, достоин ли человек доверия и сможет ли заботиться о яйце так же, как она, коротко разбежалась, оттолкнулась двумя мощными задними лапами и поднялась в воздух.
Я стоял, задрав голову, и смотрел, как серебристый ящер, плавно размахивая огромными крыльями, то высоко поднимался и становился блестящей точкой высоко вверху, то летел так низко, что я ощущал упругие и сильные потоки воздуха от взмахов его крыльев, то порхал по огромному кругу вокруг меня. В общем, драконица не выпускала нас с яйцом из поля зрения. Полетав так около получаса, Арго наконец приземлилась. Если можно так сказать, морда ее выражала удовлетворение.
– Я совсем выздоровела и готова лететь домой.
Из-за боязни, что у Арго могут разойтись швы, драконье яйцо самостоятельно донес к магической границе. Весило оно около 150–200 килограммов. Тащил я его почти полкилометра привязанным на импровизированной волокуше из двух стволов дерева, в сопровождении бдительной мамаши. И она, и ее сородичи были крайне удивлены моей силой, когда я спокойно на руках передал яйцо старшему дракону. Отец Арго торжественно повторил для меня на человечьем языке слова извинений и благодарности. Значит, они все-таки могут говорить на человечьем языке. Я опять ответил, что извинения принимаются. Добавил, что в случае опасности для Арго и ее будущего детеныша я всегда готов прийти на помощь. Этим опять их озадачил и заставил удивленно переглядываться друг с другом.
Смотрел, как драконы поднимаются в воздух, как знакомый серебристый дракон по имени Арго делает несколько прощальных кругов вокруг меня. Успел один раз ее сфотографировать, помахать рукой, а потом вытащил дудочку и стал наигрывать мелодию песни «Друг мой, прощай!». Перестал ее играть, когда четыре точки растаяли в дали небосвода. Было немного грустно от расставания с Арго. Всегда расставаться тяжелее с теми, о ком по-настоящему заботился, вкладывая душу.
Вздохнул и пошел к берлоге демона. Промелькнувшая приятная мысль о скором возвращении в свою избушку немного подняла настроение. Как-то уже соскучился по тишине и лесу, очень хочется поскорее оказаться в своей лесной избушке, выспаться в относительной безопасности, попариться от души в баньке, соорудить себе знатный обед из имеющихся запасов. Разумеется, не откажусь попробовать сыра и перекусить шашлычком из свежатинки, тем более что теперь есть разные приправы, уксус и лук. Потом расслабиться и посидеть на ступеньках крылечка, глядя на солнышко, зеленый лес и слушая пение птиц. Ради такого случая можно будет даже выкурить целую сигару. Ох, хорошо бы.
За пять минут вытащил приготовленную нагруженную тележку наверх. М-да, моя миссия здесь закончена. Теперь только домой к избушке. Выйдя из пещеры, предварительно по привычке тщательно оглядел небо сначала невооруженным глазом, а затем при помощи бинокля. Вроде чисто. Двинулся в направлении Ворот Судьбы.
