— Это программа, которую я написал, когда там работал, — оседлав своего конька, Тони вдруг заговорил решительно и членораздельно. — Я назвал ее «ВСЕ 1.0». Небольшая программка, которая один раз загружается и начинает считать себе и считать, в двоичной системе. И на каждую единицу в массиве она выводит на экран черную точку, а на каждый ноль — белую. И так постепенно она пройдет через все варианты от совершенно белого экрана до совершенно черного. Ты уже поняла, что это значит.
Миранда смотрела намеренно пустым взглядом.
— Это значит, что все, что только может быть нарисовано точками на плоскости черно-белого экрана, появится на нем где-то в промежутке от сплошь белого экрана до сплошь черного. Все, что только может появиться на экране, рано или поздно на нем появится. Все-все.
— Вот почему ты назвал ее «ВСЕ», — отважилась Миранда, вроде бы что-то понимая.
— Ну да. Представь себе все что хочешь. Это может быть поверхность далеких планет, голые знаменитости, любая страница, когда-либо написанная и даже еще не написанная.
— Как те обезьянки за пишущими машинками.
— Точно, только здесь не бесконечная последовательность. Программа покажет каждую страницу «Гамлета», и каждую страницу «Гамлета-2: Он вернулся», и всех пьес, которые Шекспир забыл написать. Но хотя число не бесконечное, оно очень-очень большое. Количество вариантов от белого экрана до сплошь черного составляет… словом, если ты его напишешь, нули будут идти отсюда до Луны и обратно.
Миранда опять почувствовала, что теряет нить.
— Проблема была в том, чтобы рассортировать все эти изображения; большую часть времени на экране будет просто «снег», помехи, поэтому я написал «ВСЕ 1.1», которая сохраняет изображения, только если черным или белым покрыто больше десяти процентов площади и соблюдается диапазон допусков для смежных пикселов.
— Диапазон допусков для смежных пикселов, — повторила Миранда.
— Различимые силуэты, достаточно большие, чтобы быть объектами.
— И я тоже в числе объектов?
— В их числе все. Я просто отобрал часть из них, которые похожи на тебя. Понимаешь, у меня каждый день уйма этих изображений, которые надо рассортировать. Вот поэтому я и не могу надолго отрываться от компьютера. Вдруг я что-нибудь пропущу? Я все время тут сижу и сортирую все, что он сюда вываливает. Так я узнал о Великих Магистрах. Я прочел это здесь. — Оба они посмотрели на экран, где компьютерная Миранда проделывала нечто весьма любопытное с чем-то вроде золотой рыбки. Тони продолжал: — Потом они меня вышвырнули за невыполнение служебных обязанностей, но «ВСЕ» по-любому важнее, чем эта работа. Я должен обеспечивать процесс вычислений.
— Они еще не кончены?
— О нет. И близко нет. Это действительно огромное число. Понимаешь, когда программа дойдет до конца, я буду знать всю правду. Я увижу каждый факт, каждое изображение. Я увижу все. Поэтому мне и нужно, чтобы суперкомпьютер корпорации «Диджитал» работал на меня.
— Но они же тебя уволили.
— Я оставил хакерскую программку и питаюсь за счет их президента. Я съедаю двадцать процентов их машинного времени, а они даже не догадываются. Но после вчерашнего я уже не так уверен. Может быть, они уже въехали.
— Они. Те, кто шарил в моей комнате?
— Да. И если они подбираются ко мне, я должен куда-нибудь переехать.
— Правильно.
Миранда про себя удивилась, почему эти картинки как-то не особенно ее и оскорбляют. Может быть, просто потому, что они, как часть программы «ВСЕ», не есть что-то конкретное; может быть, потому, что фактически это не она, а может быть, потому, что она здесь выглядела довольно привлекательной. Гораздо лучше, чем настоящая Миранда, которая тоже должна быть где-то здесь, только Тони ее, наверное, не узнал. Даже с такой программой правдой будет лишь то, что ты хочешь увидеть.
Миранда посмотрела на пневматический вариант своей фигуры и подумала, что это выглядит как среднее геометрическое между ней и Мерсией. Оглянувшись на дверь, вспомнила о своей комнате. Если там действительно побывали секретные агенты, или кто там еще рылся в ее вещах, то чем скорее чудаковатый Тони уедет, тем лучше.
— Миранда, могу я тебя попросить об одной вещи, которая может тебя немного удивить?
Миранда не успела сказать «нет».
— Просто ты мне очень нравишься, и я… Ну, мне придется уехать. Скрыться. И. Не сможешь ли ты…
Миранда страстно желала, чтобы три точки означали «присмотреть за моей золотой рыбкой», «получать за меня почту», но только не «уехать вместе со мной». Пожалуйста, не «уехать вместе со мной».
— Э-э, — тянул Тони, — уехать вместе со мной?
О боже.
— Мы могли бы отправиться куда угодно. У меня есть один чистый счет в Ситибанке, я его набил под завязку.
— Послушай, Тони, — сказала Миранда. — Ты очень милый, но…
