Вилар резко обернулся на голос и замер. В дверях стояла Мия. Живая, красивая, она пристально смотрела на Вилара и вытирала руки о полотенце. Конечно, Хранителю сообщали, что девушка поправляется, но он не ожидал увидеть настолько разительные перемены. Если бы ни худоба, он и не поверил бы, что всего несколько недель назад она была живым трупом. Ее голос совершенно не изменился, глаза были ясными. Никогда прежде Вилар не испытывал такого счастья. Он хотел подхватить ее на руки и расцеловать. Это была его Мия, та, которую он уже не надеялся увидеть. Из головы сразу вылетело все, что он хотел сказать, но слова Мии вывели его из ступора:
- Я никуда не поеду, — твердо заявила девушка.
В гостиной воцарилось молчание. Все были в шоке от такого поворота событий. Настолько категоричной Мия бывала редко. Она медленно подошла к Вилару и продолжила:
- Я никуда не поеду, пока ты мне все не объяснишь, Вилар.
И девушка выжидающе уставилась на мужчину. На лицах присутствующих было написано недоумение. Тон девушки озадачил всех, кроме Вилара. Мало кто мог себе позволить называть действующего Верховного Хранителя на «ты». Присутствующие ждали реакции мужчины. Никто не мог понять, каких именно объяснений требует Мия.
На секунду Риду показалось, что сознание девушки снова помутилось. Она смотрела в глаза Вилара и молчала. Но в молчании этом чувствовалось ее право на Хранителя. Мужчина сделал шаг к ней навстречу. Девушка отступила назад. Некоторое время они смотрели друг на друга. Вилар понял, что готов рассказать ей все. Готов сделать все, что она попросит, не ожидая ничего взамен. Он усмехнулся и ответил:
- А я все ждал, когда ты меня спросишь.
Мия приподняла одну бровь, затем жестом пригласила гостя присесть на диван, сама устроилась в кресле напротив. Остальные так и остались стоять. Все были настолько потрясены происходящим, что не двинулись с места и не произнесли ни слова.
- Даже не знаю с чего начать, — произнес Хранитель.
- Начни с самого начала, — серьезно сказала Мия.
Вилара умиляла ее строгость. Он улыбнулся и продолжил:
- Ну, хорошо. Три года назад мы получили информацию, что одна радикальная группировка разрабатывает бактериологическое оружие, чтобы использовать против миротворческих сил Хранителей. Стала известна часть плана затеваемой диверсии, в рамках которой радикалы хотели подкупить несколько влиятельных лиц, являющихся главами различных военных кабинетов. Мое имя было в этом списке одним из первых. Человек, благодаря которому нам все это стало известно, пожертвовал своей жизнью ради передачи этой информации. На срочном секретном совещании приняли решение внедрить меня в эту группировку. Поэтому, когда ко мне явился человек от радикалов и предложил солидный гонорар за участие, я согласился. С тех пор я работал под прикрытием. Ни Военный Комитет, ни Мировой Совет не знали об этой операции. В курсе были только проверенные высокопоставленные персоны, участвовавшие в первом совещании. Целью моей работы было рассекречивание всех планов группировки. Внедрение прошло настолько успешно, что вскоре я лично познакомился с руководителем банды. Им был Газар. Благодаря ему я узнал, что оружием будет смертельный вирус, позаимствованный с хищных земель. Та вспышка тотальной дегидратации, от которой погибла твоя мама, по сути, была началом всей истории. Еще тогда зараженные вирусом образцы были законсервированы. В лабораториях травоядного общества его долго изучали. Но все наработки были похищены радикалами, а лаборатории уничтожены.
- Невероятно... — прошептал пораженный Рид.
- К сожалению, это так. История этой диверсии, по иронии судьбы, затрагивает не только Мию, но и ее мать, - ответил Вилар.
- Но зачем так рисковать? Хранить эту заразу целых пятнадцать лет? - возмутился Ким.
- Это делалось, чтобы предотвратить дальнейшее распространение заразы и новые вспышки смертельной эпидемии. Разрабатывалось противоядие. Откуда-то этот вирус пришел однажды, а значит, есть вероятность повторения ситуации, - объяснял Вилар.
- Простуда - это одно дело: заболел, заразил другого, и так по цепочке. Но от этой дряни умирают. Вероятность повторения мала, когда все носители умирают в течение пяти дней, - не унимался брат.
Вилар остановил Кима твердым взглядом. Одно дело – Мия, и совсем другое - ее так называемый брат. Он не забыл тот прощальный поцелуй и все еще испытывал неприязнь к молодому человеку. Ким понял намек начальника и перестал перебивать.
