Трое рыцарей начали собрание ложи на склоне холма над лагуной, рядом с небольшим водопадом, что обрушивался в чашу темной воды, которую окружали высокие деревья, покрытые лишайниками и опутанные лианами.
Алтарь был установлен в кольце камней, а перед ним горел костер. Так были представлены все древние элементы стихий. Луна стояла в первой четверти, сообщая о возрождении и воскресении.
Хэл ждал в одиночестве в лесу, пока три рыцаря ордена открывали собрание ложи первой ступени. Его отец с обнаженным мечом в руке быстро прошагал сквозь тьму, чтобы позвать Хэла и повести его обратно по узкой тропе.
Два других рыцаря ждали рядом с костром в священном круге. Лезвия их обнаженных мечей блестели, отражая пламя. Хэл увидел на каменном алтаре очертания нептунова меча его прадеда, прикрытого бархатной тканью.
Они с отцом остановились перед каменным кругом, и сэр Фрэнсис попросил позволения войти в ложу.
— Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
— Кто желает войти в ложу храма ордена Святого Георгия и Священного Грааля?
Лорд Камбр произнес это громовым голосом, разнесшимся среди холмов, и в его руке сверкнул длинный обоюдоострый палаш.
— Послушник, который просит о посвящении в тайны храма, — ответил Хэл.
— Вход опасен для твоей вечной жизни, — предостерег его Камбр.
Хэл ступил в круг. Внезапно ему показалось, что воздух стал холоднее, и он слегка содрогнулся, опускаясь на колени в свете костра.
— Кто ручается за этого новичка? — снова прогремел Буззард.
— Я ручаюсь. — Сэр Фрэнсис сделал шаг вперед.
Камбр снова повернулся к Хэлу:
— Кто ты таков?
— Генри Кортни, сын Фрэнсиса и Эдвины.
Началась декламация длинного катехизиса.
Звездное колесо на небесном своде медленно вращалось над их головами, огонь костра слабел…
И лишь после полуночи сэр Фрэнсис поднял наконец бархатный покров с меча Нептуна. Сапфир на его эфесе отразил неяркий голубой луч лунного света, бросив это отражение в глаза Хэлу, когда отец вложил рукоять меча ему в руки.
— На этом мече ты подтверждаешь догматы твоей веры.
— Это то, во что я верую, — начал Хэл, — и буду защищать собственной жизнью. Я верю, что нет ничего, кроме Святой Троицы, вечного Отца, вечного Сына и вечного Святого Духа.
— Аминь! — хором произнесли три рыцаря-морехода.
— Я верую в единую Церковь Англии и в ее Божественного представителя на земле Карла, короля Англии, Шотландии, Франции и Ирландии, защитника истинной веры.
— Аминь!
Когда Хэл завершил декламацию догматов веры, Камбр призвал его принять рыцарские обеты.
— Я буду защищать английскую Церковь. Я буду сражаться с врагами моего суверена Карла…
Голос Хэла дрожал от убежденности и искренности.
— Я отрекаюсь от Сатаны и всех его деяний. Я отрицаю все ложные доктрины, ереси и расколы. Я отворачиваюсь от всех других богов и их ложных пророков.
Хэл произносил с горячим пылом:
— Я буду защищать слабых. Я буду охранять паломников. Я буду помогать тем, кто в нужде, и тем, кто нуждается в правосудии. Я подниму свой меч против тиранов и угнетателей.
И вот наконец подошел черед самых важных обетов.
— Я буду охранять все святые места. Я буду разыскивать и защищать драгоценные реликвии Иисуса Христа и Его святых. Я никогда не прекращу поиски Священного Грааля, что содержит в себе Его священную кровь.
Рыцари-мореходы осенили себя крестом, когда Хэл произнес последние слова, потому что поиски Грааля стояли в центре их веры. Это был тот гранитный столб, что поддерживал крышу их храма.
— И я клянусь строго и почтительно исполнять обряды. Я буду подчиняться кодексу рыцарства. Я буду воздерживаться от разврата и блуда…
При этих словах Хэл слегка запнулся, но тут же взял себя в руки.
— И я буду почитать своих товарищей-рыцарей. И прежде всего я буду держать в тайне все дела своей ложи.
— И пусть Господь будет милостив к твоей душе! — в один голос произнесли три рыцаря-морехода.
Потом они шагнули вперед и встали вокруг коленопреклоненного новичка. Каждый положил одну руку на его склоненную голову, а вторую — на рукоять его меча, и одна ладонь легла на другую.
— Генри Кортни, мы приветствуем тебя в кругу рыцарей Священного Грааля, и мы принимаем тебя как нашего брата, рыцаря храма ордена Святого Георгия и Священного Грааля!
Первым заговорил Ричард Листер — из-за певучего уэльского акцента его благословение прозвучало почти как некая мелодия:
— Я приветствую тебя в нашем храме. И да следуешь ты всегда строгому послушанию!
Следующим высказался Камбр:
— Я приветствую тебя в нашем храме. И пусть воды дальних океанов всегда лежат спокойно перед носом твоего корабля, и пусть сила ветров всегда влечет тебя вперед!
Наконец заговорил сэр Фрэнсис Кортни, держа ладонь на лбу Хэла:
— Я приветствую тебя в нашем храме. И да будешь ты всегда верен своим обетам, Господу и самому себе.
Потом рыцари подняли Хэла на ноги и по очереди обняли его. И усы лорда Камбра были жесткими и колючими, как шипы терна с куста предателя[7].
