Путь к мечте был извилистым, тернистым. Перед Валей встало множество вопросов: обучение в аспирантуре – платное или бесплатное, можно ли рассчитывать на стипендию, и если да, то какой ее размер? Ведь ей придется снимать жилье, чем-то питаться…
А если она не станет заморачиваться и ограничится геммологическими курсами, но уже на базе горного университета, даст ли это право работать геммологом в Екатеринбурге? Или Валя получит в коллекцию еще один сертификат и зря потратит деньги?
У нее был и другой путь, надежный и проверенный, – оставаться в геологии. Здесь ей не надо дополнительно учиться, лезть из кожи вон. Она уже геолог, с красным дипломом и опытом работы на Колыме, в Приморье, на Урале… Вместо того чтобы жаловаться, ей нужно шагать в канаву и делать свое дело! А красивые самоцветы она может покупать на накопления с зарплаты.
Кстати, речь о том, чтобы работать кем-то не по специальности, не шла. Профессии, никак не связанные с геологией, Валя даже не рассматривала.
Из-за этого круг поиска сильно сужался. Но она не унывала. Верила, что в скором времени ей что-то подвернется, и ждала…
Как-то вечером, в конце апреля, Валя с тревогой смотрела на часы и не находила себе места.
Она не знала, что и думать. Шел восьмой час, а Тимур все не возвращался!
Несмотря на то, что весной темнело поздно и работать можно было до восьми, Тимур прислушивался к Вале и в будни уезжал с участка в пять, чтобы не пересечься с кем-то из карьерских; а в полшестого был уже дома. Но в этот вечер он задерживался, и неизвестно почему…
Валя позвонила ему в семь – абонент был недоступен. Ей стало страшно: неужели он все еще на участке? Почему так долго? В дороге отлично ловит сеть, и, будь Байкул в пути, он сразу бы ответил.
Богатому воображению дай только повод, и оно тут же разгулялось. Перед глазами проносились картинки, одна ужаснее другой. Что, если Михаил Андреич обо всем прознал, вызвонил бригаду демуровских охранников, те прибыли на место, где копается незваный гость, уложили его лицом в землю и сейчас допрашивают? Или в дело вмешался криминал: кто-то следил за ним, пришел на точку, ударил чем-то по голове и забрал все камни? Или, боже упаси, Михаил Потапыч сытно поужинал пришлым хитником и сейчас обгладывает кости?
Ох, как говорится, Остапа понесло!
Конечно, у длительной задержки могло быть и счастливое объяснение. Например, такое: Тимур дошел до жилы, взялся скалывать породу с демантоидами и за этим занятием потерял счет времени. Он скоро приедет, и не один, а с мешками, набитыми несметными богатствами!
Но эта мысль не приносила облегчения. Ведь, если хорошо подумать, опасность поджидала его на каждом шагу. Ради блестящих камешков он рисковал и жизнью, и свободой. Один в тайге; случись чего, даже не сможет позвонить. Сотовая связь появляется ближе к карьеру, а это в двух с половиной километрах от той точки, где сидел Тимур.
Никто, кроме Вали, не знал, где он и чем промышляет, а значит, не придет к нему на помощь. В экстремальной ситуации он мог рассчитывать только на себя…
Она мерила квартиру нервными шагами, останавливалась в коридоре, подолгу смотрела в дверной глазок, прислушивалась к шорохам в подъезде. Звонила Тимуру несколько раз, но все безрезультатно. Не в силах выносить тягостное ожидание, Валя села на диван и стала думать, как быть дальше.
«Скоро стемнеет… Что мне делать? Как назло, нет ни машины, ни друзей с машиной! Куда идти, кого просить?! – она была близка к истерике, но ее вдруг осенило: – Договориться с кем-то из местных таксистов, чтобы отвезли прямо туда! Народ тут нищий, и за хорошие деньги не откажется скататься в дальнюю деревню. Не хотелось бы привлекать людей со стороны, но что мне остается?»
Одновременно с этим в подъезде раздались тяжелые шаги. Валя навострила уши: это был Тимур! – и пулей полетела открывать.
Едва уставший и понурый хитник переступил порог, как она, пружинисто подпрыгнув, бросилась к нему на шею.
– Где ты был? Почему не отвечал? Звоню – а у тебя абонент не абонент! Вся извелась, пока ждала тебя! – строго и в то же время радостно воскликнула она.
– Я заезжал к отцу. Мобильник сел в дороге, – объяснил Тимур. – Валь, извини, что заставил нервничать. Так-то я уехал в полшестого. Хорошо, что вообще уехал…
– Что стряслось? – обеспокоенно спросила та. – Ладно, проходи скорее на кухню! Будем ужинать. А разговоры все потом.
Тимур разулся, скинул у порога грязную робу, вымыл руки и прошел к столу. По его хмурому лицу и сказанным словам несложно было догадаться, что версия с находкой жилы отпадает.
Он стал хлебать горячий суп и попутно с этим рассказал о том, что же с ним приключилось.
– Отцовская «Нива» барахлит! Я тогда тебя послушал, махнулся с батей тачками, – произнес он с небольшим укором. – Сегодня заводил ее полчаса, с пяти до полшестого! Не знаю, в чем проблема… Аккумулятор ли херовый или что? – пожал Тимур плечами. – Но ездить на ней туда не варик. Если это будет повторяться, то точно кто-то из карьерских подъедет и спросит: «Хули ты здесь тарахтишь?»
