Влад остановил свой взгляд на демонессе, стараясь понять, насколько правдивы ее слова. Но глаза Лилит по-прежнему оставались беспристрастны. Блуждая в лабиринтах химеры хитросплетений, Влад пытался постичь истину…. Он вспомнил строки пророчества о битве, которые изначально воспринял за буйство фантазии, сопряженной с подгоном к историческим данным… Теософские воззрения на предмет «Небесной битвы» и иных сведений о достижениях исчезнувшей шумерской цивилизации, всегда вызывали в нем улыбку. А в то, что его предки причастны к этим событиям у него вообще не укладывалось в голове, как в прочем, и остальная информация на предмет его «уникальности». Обескураженный новостью и, не скрывая негативный подтекст, он спросил:
– Ты говоришь о «Небесной битве» до потопа? И хочешь сказать, что мои предки были а-ля «чернокнижники»?
– Тебя это расстроило? Ты что же, «Веруешь Во Святую Церковь»? – приподняв бровь, усмехнулась Лилит.
– Тетка моя постоянно ходила в церковь, пасха, рождество и так далее, – акцентируя свою христианскую принадлежность, ответил Влад. – В детстве, я как-то был на причастии, и священник дал мне напутствие: – «Остерегайся беса», а ты как я понимаю, относишься именно к этой категории. Во всяком случае, генеральная линия шифрованного текста манускрипта, подразумевает это…
– Манускрипт, как и изложенное в нем, просто красочный фантик аллегорий…. Глупая условность Триады, которую я обязана соблюдать при контакте с чреворожденными. Все должно быть запротоколировано… Такая бюрократия, просто спасу нет! – рассмеялась демонесса. – Но речь не обо мне… Ты так трогателен в своей попытке убежать от себя…. Загляни в свое сердце, ты сам признал, что «далек от Архангелов», а мнишь из себя «послушного прихожанина». Дела земные твои говорят об ином… Я достаточно ясно выражаюсь? Однако все сложилась так, как сложилась. Возможно, твои ошибки это как раз то, что нужно Вселенной. Но сейчас тебе выпал шанс поступить правильно, – внезапно оказавшись за его спиной, прошептала Лилит. – Ведь Тьма, не значит уродство…. Когда ты осознаешь все стереотипы, внедренные в твое сознание, тогда определишь границу и поймешь действительность. Она вновь возникла перед ним. Ее гипнотический взгляд проникал в самое сердце, туда, где не было завесы от притворства и игры. И Влад понимал, что она читает его словно открытую книгу:
– Что до Архангелов, то они действительно прекрасны и порой непостижимы в своей доброте… Ведут человека путем духовного совершенства и отречений от всех земных благ. На них возложена иная миссия, но, даже у них есть темная сторона…
– Что тебе нужно от меня? – отстраняясь от демонессы, спросил Влад.
– Ты здесь для того, чтобы возродить то, что предано забвению и растлению…
– А конкретнее?
– Перстень. Мне нужен перстень…
Нагорный не спешил выполнять ее просьбу:
– Он нужен не только тебе. У меня обязательства еще перед одним представителем «исключительной расы»… Старик послал меня за этой цацкой в обмен на компромат…
В то же мгновение в руках Влада оказался красный файл с двуглавым орлом на лицевой стороне. Это была та самая злополучная папка, из-за которой его жизнь пошла наперекосяк. Пролистав содержимое и убедившись в подлинности документов, он хотел разорвать их, как неожиданно бумага начала тлеть и, превращаясь в горстку пыли, растворилась в воздухе.
– Фееричный фокус, до конца словами не передать. Но почему я должен тебе верить?
– Твои обязательства перед ним уже выполнены, – раздувая остатки пыли, ответила Лилит, – компромата больше нет. А исключительность этой расы в том, что японцы не разучились видеть вещи такими, какие они есть на самом деле, без лишней мишуры и тщедушных бдений. Их религия не претерпела значительных изменений с момента зарождения мира – сугубо языческое вероисповедание, которое учит жить в гармонии с окружающим миром и понимать природу. В этом основа и моей концепции восприятия мироздания…
– Твоей концепции? – вопрошающе повторил Влад.
Вместо ответа Лилит прищелкнула хвостом, и он почувствовал, как густая мгла охватила его, затягивая в круговорот бездны.
