— Сначала, прежде чем я это сделаю. — Я взяла ее за руку. — Обязательно расскажу. Я не тяну время. Я просто хочу знать, что имел в виду Брайс, когда сказал, что видел тебя сегодня в больничной палате Челси?
— Я была там.
Я ждала. Когда она не продолжила, я полюбопытствовала.
— Зачем?
— Потому что на нее напали в твоей квартире. Обеспечение твоей безопасности стало моей работой. Мне нужно знать все, что я могу.
Я кивнула. Это имело смысл.
— Это было до или после… ты была тем человеком, который попросил ее мать об уединении?
На лице Делорис появилась легкая усмешка.
— Ее мать… легче говорить без нее.
Не могу не согласиться. Тина Мур была в лучшем случае раздражающей.
— Ты говорила ей что-нибудь о переезде в Нью-Йорк?
— Нет. Зачем?
— Нокс… Леннокс думает, что я должна предложить ей свою квартиру. Он сказал, что это сэкономит на поездках по стране. Дело в том, что она не очень требовательная. Челси не просила меня приезжать сюда. Это была моя идея. Я хотела убедиться, что она в безопасности.
— Я уверена, что мисс Мур обдумает все варианты. А теперь, пожалуйста, расскажи мне о человеке, который утверждает, что он твой жених. Ты понимаешь, что это прямое нарушение соглашения, которое ты подписала?
Я вздохнула.
— Не возражаешь, если я переоденусь во что-нибудь более удобное, и мы сможем поговорить?
Она похлопала меня по колену.
— Не возражаю. Я буду в гостиной.
— Прежде чем уйдешь, пожалуйста, скажи мне… насколько он зол?
Она пожала плечами.
— Я видела его скорее расстроенным.
— Почему это не утешает?
— Переоденься. Потом поговорим.
Час спустя, поджав под себя ноги, в джинсах и свитере, потягивая "Москато", я разговаривала о Брайсе Спенсере. Я рассказала Делорис о нем все, что могла вспомнить, начиная с того, как мы дружили с самого рождения, наши матери были неразлучны, лучшие подруги. Я даже рассказала ей о том, что мы встречались в слишком юном возрасте, и что я ожидала, что моя мать будет протестовать, но она никогда этого не делала. Разговор был катарсисом, позволяя мне очистить часть моей жизни, часть, которую я была счастлива оставить в прошлом.
— Даже когда он был в Дьюке, а я все еще в академии, он продолжал поддерживать отношения.
— Ты не сопротивлялась?
— Нет. Я не могу этого объяснить. В моем родном городе есть что-то такое… — я посмотрела в окно на залив. — …ну, это отнимает у меня способность сражаться.
— Леннокс так с тобой поступает?
Улыбка тронула уголки моих губ.
— Это совсем другое.
— Это вызывает у меня любопытство.
— Пока училась в Стэнфорде, я старалась стать кем-то другим, а не послушной дочерью, какой меня воспитывали. Я работала, чтобы быть независимой и иметь свои собственные убеждения. Я горжусь тем, кем стала и чего достигла. Я хочу донести это до Колумбии.
Я сделала глоток вина.
— С Ленноксом… — Странно было произносить это имя. — …Я все еще из Стэнфорда. Я хочу радовать себя и иметь свое собственное мнение, но также хочу радовать его. — Я склонила голову набок. — Не знаю, имеет ли это смысл.
— Имеет, — улыбнулась Делорис. — Значит, ты не помолвлена?
— Нет.
— И никогда не была?
— Нет.
— Мистер Спенсер…
— Одержим, — предложила я. — Думаю, он считает себя вправе. Если бы я никогда не уезжала, если бы поступила в Дьюк, как он хотел, я, вероятно, была бы помолвлена.
Делорис взяла меня за руку.
— Это то, чего ты хочешь?
— Это не имеет значения, не так ли? Ты знаешь об "Измене". Я не смогу уйти от Леннокса, даже если захочу.
— Так ты этого хочешь?
Я встала и подошла к окну. Блики раннего вечернего солнца танцевали на воде.
— Нет. Я не хочу быть с Брайсом. Я хочу быть с Ленноксом, но он также пугает меня.
— Леннокс или мистер Спенсер?
— Леннокс.
— Он пугает тебя?
— Это не совсем подходящее слово. Я боюсь. Мне не следовало сегодня говорить о его жене. Это было потому, что Брайс сказал кое-что, и это заставило меня задуматься. — Я резко обернулась. — Ты ведь знаешь, кто моя семья, не так ли?
Она кивнула.
— А Нокс знает?
— Я ему ничего не говорила. Рекомендую это сделать и тебе.
— Неужели это так важно?
Настала очередь Делорис задавать вопросы.
— Ты что-нибудь знаешь о Мелиссе Саммерс?
Я поджала губы и попыталась вспомнить это имя.
— Нет. А должна?
Наш разговор закончился, когда мы обе повернулись к открывшейся двери.
Энергетика в комнате тут же изменилась. Энергия хлынула в воздух, потрескивая молекулами и вызывая электричество. Когда он смотрел только на меня, волосы на моих руках встали дыбом. Я попыталась прочесть его мысли, разгадать характер.
Он все еще расстроен?
— Мы уезжаем завтра.
Его заявление мало что изменило в моем настроении, хотя и напомнило мне о нашем разговоре с матерью, напомнив, что она должна быть в Нью-Йорке в воскресенье.
— Уезжаем? За…? — спросила я, внезапно испугавшись, что не смогу.
— Обратно в Нью-Йорк.
Я вздохнула.
Всего несколькими элегантными шагами Нокс пересек комнату. Мое сердце затрепетало, когда я вытянула шею, чтобы посмотреть ему в глаза. Гнев, что я видела в машине, исчез, но лед остался. Я напряглась, когда он схватил меня за талию и притянул к себе.
— Ты хорошо себя вела?
