– Вы уверены? – переспросила я, боясь, что она допустит ошибку или укажет на первого попавшегося, лишь бы от нее отвязались.
– Уверена, – холодно ответила та и пристально уставилась на меня, ожидая, что я еще скажу.
Не слишком доверяя этой даме, совсем не вызывающей у меня расположения, я вынуждена была попросить ее, чтобы она все же разбудила своего мужа. Женщина сначала упиралась, говоря, что сегодня их уже достали вопросами да допросами и что ее муж ничего больше не знает, но потом все же поплелась в спальню. Через пару минут оттуда выполз сонный супруг. Он с минуту тер глаза кулаками и лишь затем принялся просматривать карточки.
– Вот он, точно, – протягивая мне ту же фотографию, сказал мужчина. – И прическа у него все еще такая же.
«Значит, не обманула», – подумала я и тут же услышала недовольное бурчание хозяйки дома:
– Ну вот, я же вам указала на него, а вы не поверили. Обязательно нужно было супруга тревожить.
– Нужно, – спокойно отозвалась на это я, – в подобных делах оплошности не допускаются. Спасибо, что посодействовали расследованию, надеюсь, что более беспокоить вас не придется.
– А уж мы-то как надеемся, – донеслось из-за почти захлопнувшейся за мной двери.
Я усмехнулась и направилась к машине. Теперь надо отвезти Кире в отдел все карточки и попросить его дать информацию о данном человеке – сделать это было под силу только ему.
Сев за руль, я обнаружила, что даже с фарами дорога стала трудноразличимой из-за начавшегося снегопада. Ехать в такую погоду можно было только очень медленно, иначе просто не избежать столкновения. Поэтому мне пришлось чуть ли не носом уткнуться в лобовое стекло и в таком положении просидеть едва ли не всю дорогу до отдела. И все же без приключений на этот раз не обошлось.
Когда до отдела милиции осталось уже совсем немного, я умудрилась угодить в огромный сугроб, который неизвестно откуда возник на той дороге, где еще час назад его не было. Я попыталась выехать из него задним ходом, но ничего не вышло, машина окончательно застряла. Пришлось выйти на холод.
Оказалось, что сугроб этот не такой уж и случайный, просто на этом месте как раз и закончили свою работу снегоочистительные машины, и теперь тот снег, что они соскребли с дороги, лежал чуть ли не посередине ее самой, преграждая путь.
– Эх! – не удержавшись, вздохнула я. – Так бывает только в России. В любой другой стране дорожных работников за такое давно бы уже засудили.
«Ну и что теперь делать? – возник естественный вопрос. – В отделе Кирьянова я уже застать не успею, а добраться до его собственной хаты мне теперь не на чем. Впору бросать машину здесь и идти пешком».
Не успела я придумать решение этой проблемы, как рядом со мной остановился новенький джип, и из его окна высунулась голова какого-то юнца.
– Что, засела? – рассматривая меня, поинтересовался он.
«Опять папенькины сынки», – мелькнула мысль, но вслух я сказала:
– Застряла глубоко, не поможешь?
– Подбросить до дома? – хитро переспросил парень.
– Нет, вытянуть машину, – буркнула я. – Твой танк с этим как раз справится.
– Это да, танки грязи не боятся, – усмехнулся он в ответ, ничуть не обидевшись за свою крутую тачку. – Вынимай трос, сейчас попробуем.
«Ага, вынимай, – усмехнулась я, – и где ж я его возьму? Я с собой, конечно, много всякой ерунды вожу, но вот чтобы взять еще и трос – такое ни разу даже в голову не пришло».
Когда выяснилось, что троса у меня нет, парень не расстроился, вышел из джипа, открыл багажник и принялся там копаться. Наконец добыл и нужный нам трос.
– Всегда с собой эту веревочку вожу, чтобы красивых леди спасать, – протягивая мне один конец троса, произнес он. – А то ведь вы все так, за руль-то садитесь, а что делать в случае поломки, понятия не имеете.
Я согласно кивнула. Этот юнец мне нравился, молодец – даже в сложной ситуации не унывал. А я всегда любила жизнерадостных людей, способных воспринимать трудности с улыбкой и шуткой.
Перебрасываясь шутливыми фразами, мы быстро прицепили мою машину к его и, сев по своим местам, принялись тащить мою «девяточку». Сначала машина не поддавалась, лишь глубже зарывалась колесами в снег, но в конце концов парню удалось вытащить ее из сугроба и отволочь на ровную часть дороги.
– Куда теперь думаешь направить стопы? – выскочив из машины, спросил паренек. – Может, заглянешь на кофе?
– С удовольствием бы, но если я сию минуты не заброшу в одно место кое-какие бумажки, то до завтрашнего утра скорее всего не доживу, – ответила я. – Спасибо за помощь. А кофе, его мы с тобой как-нибудь в другой раз попьем.
Распрощавшись с парнем, я завела машину и поспешила к Кирьянову домой, в глубине души надеясь, что он еще не слишком проклинает меня за нерасторопность. Мой же спаситель остался стоять на дороге, разочарованно глядя мне вслед.
«Мелкий мошенник, промышляющий перекупкой краденого, продажей поддельных билетов на концерты, талонов в общественном транспорте и других всевозможных бумаг», – еще раз перечитывала я дело Апенышева Николая, которое мне рано утром переслал с каким-то мальцом Кирьянов.
