Киря рассмеялся и принялся писать на листке адрес. Я почти выхватила у него из рук бумагу и поспешно откланялась.
Выбежав из кабинета, я торопливо села в машину, чем весьма удивила курящих на крыльце коллег Кирьянова. Но мне до них не было никакого дела, я спешила поговорить с пострадавшей, некой Овечкиной Дарьей Витальевной, и попытаться разобраться наконец с этим неуловимым вором.
Обгоняя неизвестно откуда вырвавшиеся на трассу машины, я наконец добралась до нужного мне дома и взлетела на пятый этаж. Еще издали до меня донеслись голоса двух разговаривающих женщин. Одна из них явно была пострадавшей, так как непрерывно всхлипывала и жаловалась, что разорена и теперь заново придется копить деньги на покупку дома за границей.
– Добрый день, – поздоровалась я с женщинами. – Где мне найти Овечкину Дарью Витальевну?
– Это я, – удивленно рассматривая меня, отозвалась кудрявая дама в песцовой шубке, накинутой на плечи. – А вы по какому делу?
– Да по тому самому, что вас так беспокоит. Я частный детектив, – пояснила я. – Могу я с вами поговорить?
– Да, конечно, проходите, – открывая дверь в квартиру и пропуская меня вперед, жеманно сказала женщина.
Я успела ее рассмотреть и отметила про себя, что Дарья эта очень невзрачная особа, которая привлекает к себе внимание искусным макияжем. А смой его – и проступят реденькие брови и ресницы, бледные губы, белесо-голубые невыразительные глазки. Когда она замерзает, то наверняка становится похожей на привидение с синими губами и белым лицом.
– Присаживайтесь, пожалуйста, – предложила хозяйка и добавила:
– И не обращайте внимания на беспорядок. Тут ведь сначала воры, потом работники милиции побывали, так что бардак полнейший. А убирать я еще ничего не начинала. Как только представлю себе, что тут мне предстоит сделать, так руки опускаются – впору фирму по уборке вызывать.
– Расскажите: что и как произошло? То есть где вы были в момент ограбления, не подозреваете ли кого конкретно? – сразу перешла я к делу, решив, что много вопросов задавать, может, и не придется – женщина явно любила поболтать и пожаловаться на судьбу.
– Ой, да уж я только что рассказывала коллегам вашим, – начала было Дарья Витальевна, но, сообразив, что частные детективы и милиция обычно вместе не работают, неуверенно замолчала, вопросительно глядя на меня.
Я догадалась, что она пытается понять, откуда взялся частный детектив, которого она лично не нанимала. Опередив ее вопрос, я ответила:
– Я занимаюсь делом одной женщины, которую тоже на днях обворовали, а так как ваше ограбление сильно напоминает предыдущие четыре, я решила задать вам несколько вопросов.
– А, теперь я все поняла, – вздохнула женщина и приготовилась отвечать на мои вопросы. – Подозревать я никого не могу, еще пока не пришла в себя и даже не знаю, как такое могло случиться, – начала Овечкина. – Я ведь подруг почти не имею, общаюсь со многими, но так чтобы рассказывать кому-то о своих драгоценностях, такого не было. Я как чувствовала, что их могут украсть, потому и молчала. Сегодня весь день дома была, а потом всего на один час отлучилась в салон красоты на массаж. И – успели обворовать. Словно кто специально караулил, – сокрушалась женщина. – Пришла, смотрю, а дверь не заперта. Я сразу все поняла, вбежала, а сейф пустой.
Дарья указала на стену, где все еще оставался распахнутым встроенный в стену и теперь пустой сейф. Замок на нем был, как и в предыдущих случаях, кодовый и дополнялся еще одним, обычным. Сомневаться в том, что действовал один и тот же вор, даже не приходилось.
– Кто знал о том, что вы ушли в салон? – спросила я, вновь переведя взгляд с сейфа на хозяйку.
– Да в том-то и дело, что никто, – вздохнув, пояснила женщина. – Я и сама еще даже не знала, что пойду, почему-то решила перенести сеанс с завтрашнего дня на сегодня. Знала бы – ни за что бы не ушла, – всхлипнула она и с некоторым жеманством смахнула появившуюся слезинку рукой. – Есть же такие сволочи, сами не работают, а у других нажитое берут. Я же те драгоценности копила не просто так, а чтобы…
Дальше Дарью я слушать не стала, хорошо зная, о чем пойдет речь. Я думала.
«Так, если о том, что Овечкиной не будет дома, никто не знал, значит, никто из ее знакомых обворовать дом не мог. Она же сама сказала, что неожиданно решила пойти в салон красо… Салон!» Я тупо уставилась на стену и принялась прокручивать в голове все, что рассказывали мне другие обворованные женщины о том, где они были в момент кражи.
Теперь мне стало ясно: все они в тот роковой день были кто у парикмахера, кто у массажиста, кто на маникюре. То есть – в салоне и, если я все рассчитала правильно, – в одном и том же.
«Так, значит, вот откуда нужно было начинать расследование. Приезжий вор не мог быть знаком с женщинами раньше. Он и выбрал такое место, где бы мог сводить знакомство с богатыми клиентками, узнавать распорядок их дня, а потом… Остальное уже дело техники».
Придя к такому выводу, я невежливо прервала Дарью Витальевну, которая выкладывала мне, куда и как она собиралась потратить накопленные средства.
