– Да-да, конечно. Но и вы должны понимать, что ни один здравомыслящий человек не отдаст незнакомцу тридцать крон в обмен на пять без… более существенных гарантий, чем горячие заверения. Прошу прощения, господин Каллас, но так дело не пойдет.
– Ну хорошо, – вздохнул Локк. – Я работаю на Западное торговое сообщество Железного моря, учрежденное в Тал-Верраре.
– Западное торговое сообщество Железного моря… Хм… – Превин выдвинул другой ящик стола и принялся листать какую-то тонкую книжицу. – У меня тут справочный указатель Мераджо на текущий год, семьдесят восьмой Азы Гийи. Ага, вот Тал-Веррар… так, так… Западного торгового сообщества Железного моря в списке не значится.
– Ох, опять эта чертова загвоздка! Мы учредили Сообщество только во втором месяце нынешнего года, потому и не попали в списки. Такое было хлопотное дело, вспоминать страшно.
– Господин Каллас, я искренне вам сочувствую, честное слово, но… Вы уж простите, сударь, но я нахожу ваши обстоятельства слишком странными, чтобы принимать в них участие. Боюсь, я ничем не могу вам помочь. Однако от души желаю вам изыскать способ умиротворить своих деловых партнеров.
– Умоляю вас, господин Превин…
– Сударь, наш разговор окончен.
– Значит, я обречен. У меня не осталось никакой надежды. Прошу вас, сударь, войти все-таки в мое положение и…
– Я юрист, господин Каллас, а не торговец платьем. Наш разговор окончен. Желаю вам удачи – и доброго дня.
– Неужто я ничем не могу повлиять на вас, чтобы вы хотя бы подали мне надежду на…
Превин взял с конторки медный колокольчик и трижды позвонил. Из толпы посетителей неподалеку появились охранники. Локк со вздохом сгреб в кулак свою беложелезную крону.
– Проводите этого человека к выходу, – велел Превин, когда один из охранников положил руку в перчатке на плечо Локка. – Только, пожалуйста, со всей любезностью.
– Слушаюсь, господин Превин. А вас, сударь, прошу сюда.
По меньшей мере трое крепких мужчин помогли Локку подняться с места и проворно вывели сначала в главный проход посередине Общественного зала, затем в холл и наконец на ступени банкирского дома. Дождь уже прекратился, и в воздухе витал свежий запах пара, поднимавшегося от теплых камней.
– Не советую показываться здесь впредь, – промолвил один из охранников.
Все трое пристально смотрели вслед Локку, пока тот спускался по ступенькам мимо идущих навстречу деловых людей, которые не обращали на него ни малейшего внимания – в отличие от нескольких желтокурточников, с интересом наблюдавших за происходящим.
– Проклятье… – пробормотал Локк, быстрым шагом направляясь на юго-запад.
Сейчас он намеревался перейти через мост на Виденцу и отыскать там портного.
Водяные часы отзванивали полдень, когда Локк вернулся к ступеням банкирского дома Мераджо. Светлый костюм «Таврина Калласа» он сменил на темный льняной дублет и дешевые черные бриджи с черными чулками. Седые волосы скрывались под черным бархатным беретом, козлиная бородка исчезла (он еле ее отодрал, чуть ли не с кожей, и решил отныне всегда носить с собой растворитель для клея), а вместо нее появились тонкие усики. Лицо у Локка раскраснелось от жары и быстрой ходьбы, одежда местами уже промокла от пота. В руке он держал свернутые в трубку пергаментные листы (пустые). Когда Локк вошел в холл и обратился к охранникам, в речи его слышался легкий талишемский акцент.
– Мне нужен стряпчий. На прием я не записан, никого здесь не знаю, поэтому согласен подождать, пока кто-нибудь освободится.
– Стряпчий, значит… – Уже знакомый Локку охранник полистал справочную книгу. – Вот, пожалуйста: Даниэлла Монтегю, Общественный зал, шестнадцатый стол. Или… Этьен Акало, тридцать шестой. Там есть огороженные места для ожидания.
– Вы очень любезны, – сказал Локк.
– Имя, квартал?
– Галдо Авриллан. Я из Талишема.
– Писать умеете?
– А как же! Даже вензеля ногами.
Охранник недоуменно воззрился на Локка, и только спустя несколько секунд, когда один из двоих других парней прыснул со смеху, на лице у него медленно проступило понимание. Однако до улыбки он не снизошел.
– Поставьте здесь свою подпись или какой-нибудь иной знак, господин Авриллан.
Взяв протянутое ему перо, Локк размашисто начертал заковыристую подпись рядом с именем «ГАЛЛДО ОВРЕЛАН», дружески кивнул охранникам и неспешно двинулся к Общественному залу.
Остановившись при входе словно бы в легком замешательстве, Локк быстро обшарил взглядом огромное помещение и – вместо того, чтобы пройти к огороженным медными перилами местам для ожидания, – направился прямиком к конторке под номером двадцать два, подле которой в настоящую минуту не было клиента. Хорошо одетый молодой человек, сидевший за ней, сосредоточенно строчил что-то на пергаментном листе. Локк опустился в кресло напротив и негромко кашлянул.
