Он просмотрел всю колоду. Бубнового туза нет. Он просмотрел колоду во второй раз. Бубнового туза по-прежнему нет.
«У вас нашёлся?» - спросила она.
«Этой карты здесь нет», - сказал он.
«Вы уверены? Посмотрите ещё раз.»
Он просмотрел колоду в третий раз. Бубнового туза по-прежнему не было.
«Но я видел, как вы положили карту обратно в колоду», - сказал он озадаченно.
«Да, это так», - сказала она. «Так где же карта?»
«Я сдаюсь, где бубновый туз?»
«Вот здесь», - сказала она, усмехнувшись, залезла в блузку и вытащила из лифчика бубновый туз.
«Как вы это сделали?» - спросил Хоуз.
«Может быть, я когда-нибудь расскажу вам», - сказала Мари и подмигнула ему.
Зазвонил телефон. Карелла сидел ближе всех к нему. Он поднял трубку.
«Восемьдесят седьмой участок, Карелла», - сказал он.
«Стив, это Дэйв внизу. Дай мне поговорить с Брауном или Дженеро, хорошо? Предпочтительно с Брауном.»
«Подожди секунду», - сказал Карелла и протянул трубку Брауну. «Мерчисон», - сказал он.
Браун взял трубку.
«Да, Дэйв?»
«Мне только что позвонил с патрульной «Бой-2»», - сказал Мерчисон. «Похоже, нам удалось установить личность того тела, которое находили по кусочкам. Пара нашла нижнюю половину в своём доме, в лифте. Если это одно и то же тело. Бумажник в набедренном кармане парня, водительские права в нём. Вам лучше бежать туда, я сообщу в убойный отдел.»
«Какой адрес?» - спросил Браун и прислушался. «Понял», - сказал он, записывая. «А имя пары?» Он снова прислушался. «Хорошо. А имя в лицензии? Хорошо», - сказал он, - «мы работаем.» Он положил трубку обратно на подставку. «Поехали, Дженеро», - сказал он, - «части собираются вместе. Мы только что получили нижнюю половину. На этот раз на ней именная бирка.»
Этот фокус называется «Мистическое предсказание», - сказала Мари и начала тасовать карты.
«Что значит «именная бирка»?» - спросил Дженеро.
«У мертвеца оказался бумажник», - сказал Браун.
«Как?»
«Что значит «как»? У него в кармане лежит, вот «как».»
«Я попрошу любого из вас записать для меня трёхзначное число», - сказала Мари.
«Ты имеешь в виду, что он носит штаны?» - сказал Дженеро.
«Если только у него на заднице не пришит карман», - сказал Браун.
«Ты имеешь в виду, что на нижней половине тела есть штаны?»
«Почему бы нам не заехать туда и не посмотреть самим, хорошо?»
«Кто хочет записать для меня три числа?» - спросила Мари. «Любые три числа?»
«А его имя есть в бумажнике?» - сказал Дженеро.
«На его водительских правах», - сказал Браун. «Пойдём.»
Оба мужчины направились к перилам. Клинг возвращался из мужского туалета по коридору. Он открыл калитку и с низким поклоном провёл рукой, пропуская их.
«Так как его зовут?» - спросил Дженеро.
«Фрэнк Себастьяни», - сказал Браун.
И Мари упала в обморок в объятия Клинга.
Энни Роулз была уже на месте, когда Эйлин остановилась у ресторана «У Ларри». Часы за барной стойкой - большая витиеватая штука, отороченная оранжевым неоном, - показывали без пяти минут девять. Сквозь окно из пластинчатого стекла Энни видела белый «кадиллак», прижавшийся к обочине. Бармен тоже мог его видеть. Они вдвоём с непринуждённым интересом наблюдали, как водитель заглушил мотор: Энни - за пивом, бармен - за полировкой стаканов. Мужчина за рулём машины был крупным, чёрным и одет в сутенёрскую одежду.
Они обе смотрели, как Эйлин выходит из машины на обочине, длинные ноги мелькают и сигналят, маленький пистолет спрятан в одном из этих мягких сексуальных сапог, и она, высоко ступая, направляется к входной двери.
А мистер сутенёр откинулся на сиденье и опустил окно со стороны обочины.
Что-то крикнул Эйлин.
Эйлин отступила назад и наклонилась, чтобы заглянуть в окно.
Короткая юбка обтягивает её задницу, мелькает, рекламирует.
Она начала качать головой и размахивать руками.
«Она ему нахамила», - сказал бармен.
Южный акцент можно было резать ножом для масла. Возможно, он был не так уж далеко от Хьюстона.
«И ему это не нравится», - сказал бармен.
Вот мистер сутенёр выскочил из машины со стороны водителя, обошёл оную и стал кричать на неё на тротуаре.
Эйлин продолжала качать головой, положив руки на бёдра.
«Не перестаёт хамить ему, да?» - сказал бармен.
И вдруг мистер сутенёр дал ей пощёчину.
«Отшлёпай её хорошенько», - сказал бармен, ободряюще кивнув.
Эйлин пошатнулась от удара, её зеленые глаза пылали. Она сжала кулаки и бросилась на него, словно хотела убить, но он оттолкнул её, развернул к бару, снова оттолкнул, на этот раз к двери бара, а затем стремительно направился к «кадиллаку». Эйлин поглаживала щёку. Она сердито посмотрела на «кадиллак», когда тот отъезжал от обочины.
Первый акт начался.
Четыре части превратились в одну.
Может быть.
Сначала они показали ей свёрток с одеждой.
Чёрные туфли, синие носки. Синие брюки. Чёрный ремень. Белые трусы «Жокей» (
«Мне кажется, это одежда Фрэнка», - сказала Мари.
