- Она мертва, ты, дура! – тоже сорвалась на крик, Лиззи. – Ты хочешь пожертвовать костьми или живой дочерью?
- Мне плевать! Я не позволю этому случиться!
- И как? Ты не можешь двигаться! И я с удовольствием оглушу тебя чем-нибудь тяжелым, чтобы ты, наконец, заткнулась, как только освобожу руки!
Она дернулась и МакНамара крепче ухватил ее, дернув за волосы.
- Ноа, у нас нет на это времени, - обратилась ведьма уже к нему. – Есть шанс, что мама сможет занять любое из доступных тел, если я не проведу ритуал в течение десяти минут. Это окончательно убьет ее и освободит силу.
Ноа тяжело сглотнул, принимая непростое решение.
- Если дети пострадают, ты – труп. Мёрдок, отпусти ее.
- Не смей, Мёрдок! – закричала Кьяра.
Но естественно, МакНамара выполнил его приказ. Лиз встала и, подойдя к детям, проколола кончиком ножа их пальчики, выдавив по капле крови, отчего их плач стал только громче. Ноа слышал, как рыдала Кьяра, и чувствовал себя полным дерьмом.
- Кьяра, я тебя освобожу и позволю уйти с детьми, если ты обещаешь не мешать мне. Думай быстрее, что тебе дороже: живые дети или кости.
- Освободи меня, - прорычала Кьяра, сквозь рыдания.
Положив чашу, Лиз взмахнула руками и Кьяра поднялась на ноги. Она сразу же кинулась к детям и взяла их обоих на руки.
- Иди в дом.
Девушка бросила на Лиз, а потом и на Ноа, ненавидящий взгляд, и, горько плача, направилась к дому. Мёрдок все еще стоял, направив пистолет на ведьму, но она его игнорировала, снова взяв чашу и собрав в нее по капле крови от каждого, лежащего без сознания, Главы рода. Ноа был последним.
- Ты нужен мне в сознании, Ноа, как единственный незапертый оборотень, - зачем-то объяснила она.
Положив чашу в круг, который образовали тела мужчин, Лиззи отошла куда-то за беседку и вернулась со свертком ткани в руках.
- Я хочу, чтобы ты знал: я обращалась с твоей дочерью с должным уважением и мне очень жаль, что другого выхода нет, - сказала она, останавливаясь перед ним.
Ноа посмотрел на сверток в ее руках. Ему было страшно представить, что там находятся кости ребенка - его ребенка, который был мертв. Ребенка, который был бы сейчас совсем как Тори. Неужели у них должны были быть две дочери? Почему Кьяра не сказала ему?
- Думаю, будет лучше, если ты не будешь смотреть.
Ему хотелось послать ее к дьяволу с ее фальшивым сочувствием, но Ноа просто закрыл глаза. Если он увидит, то это картина будет преследовать его всю жизнь.
Мужчина слышал все, что происходит вокруг, но намеренно отстранился от звуков и запахов, представляя, как держит в руках двух совершенно одинаковых девочек. Как они заливаются смехом, когда он щекочет их своей бородой или же недовольно морщатся, ведь у Тори всегда была одна из этих реакций. Одевала бы их Кьяра одинаково или с младенчества пыталась бы сделать так, чтобы у каждой была своя индивидуальность? Какими бы они выросли, как изменились бы их характеры и сильно отличались бы друг от друга?
До того, как стал отцом, Ноа не понимал, что можно испытывать такую боль за другого человека. Он любил свою мать, даже отца, по-своему, любил, но эти чувства были ничем по сравнению с тем, что он испытал, узнав свою дочь. А теперь оказалось, что их должно было быть две. Боль была невыносимой. Он чувствовал, как катятся слезы из глаз, и ему было все равно, что их увидят. Ноа изо всех сил старался игнорировать горелый запах и не чувствовать, что именно горит, но его грудь уже разрывали всхлипы от ужасного осознания. А в следующий миг, тело охватила знакомая боль. Он обращался?
Глава 20
Когда Ноа открыл глаза, перед ним стояла Лиз в окружении волков. Волков, которые еще минуту назад были латентными Главами родов.
- Без паники, мальчики, - спокойно сказала Лиззи, щелкнув пальцами. – Все за мной!
И направилась к дому. Ноа не мог поверить собственным глазам. Они пошли за ней, все до единого. Как зомбированные. Больше десятка огромных волков следовали за маленькой девушкой прямо в дом, проходя через дверь, словно всю жизнь только это и делали. Ноа пошел вслед за ними, чтобы узнать, что будет дальше и остановился в холле, потому что там стояла Кьяра, совершенно обескураженная происходящим. Лиз же пошла дальше со своей свитой, не обращая на нее внимания. Ноа подошел к жене и толкнул ее носом в бедро. Кьяра отшатнулась, испуганно глядя на него. Она впервые видела его в волчьем обличье и он понимал ее смятение. То, что для него было привычно, для других было за гранью реальности, ведь оборотни потеряли способность обращаться поколения назад и годами жили, как обычные люди. Ноа снова толкнул ее, указав на открытые двери гостиной. Там, на кушетке, виднелись, обложенные подушками, Тори и Роуман. Видимо, ей удалось их убаюкать. Кьяра посмотрела на него выразительным взглядом и сложила руки на груди. Ноа было знакомо это упрямое выражение. Оставив ее, он ушел туда, куда направилась Лиз.
