- А вот и ты, Ноа, - сказала девушка, хлопнув в ладоши, когда он зашел. – Раз все в сборе, я начну. Запоминайте внимательно, потому что у меня мало времени, а вам, как Главам родов, еще объяснять все своим людям. Но сначала…
Она щелкнула пальцами и прямо на его глазах все волки снова обратились в мужчин. В течение десяти секунд. Все, кроме Ноа, который с удивлением рассматривал каждую деталь этого действа со стороны. Он видел, как обращались его отец и Джастин, но это занимало куда больше времени и казалось намного болезненнее, чем то, что происходило сейчас. Обратившись, все мужчины начали стонать от боли, а потом, после очередного взмаха руки Лиз, замолкли и встали, как вкопанные.
- Вы не сможете контролировать себя и свои действия, пока я не уйду, поэтому отбросьте панику и внимательно слушайте. Меня зовут Опал и я дочь ведьмы Дуйсех, которая создала первых оборотней. Моя мать мертва и вся ее сила перешла ко мне, вдобавок к моей собственной. Я теперь, могу сказать без ложной скромности, самая сильная ведьма в мире. И я, как и моя мать, связала себя с вами, потому что мне нужна армия. Не прямо сейчас, но другие ведьмы и маги набирают силу, вступая в ковены и создавая сообщества, поэтому, теоретически, мне может понадобиться дополнительная защита, кроме моей магической силы, в любое время. Вы и будете этой защитой. Я провела обряд, благодаря которому вы снова можете обращаться в волков. За исключением женщин, конечно. Однако, делать это вы будете не с помощью моей магии, а своей собственной. Помня об ошибке матери, я связала вас с силами стихий: земли, воды, воздуха и огня. И прежде, чем вы начнете охоту на ведьму, напомню, что моя мать собиралась попросту убить всех оборотней, так что я сделала вам одолжение. И даже уменьшила боль от перехода, потому что то, что вы испытали сейчас – комариный укус по сравнению с тем, что должно было быть. Ноа понимает, о чем я. Уверена, он может дать ответы на множество ваших вопросов, но мне это неинтересно, поэтому я ухожу. Прощайте!
Ноа преградил ей дорогу, как только она направилась к выходу.
- Ладно, Ноа, в отличие от них, твое сознание я контролировать не могу, - вздохнула Лиззи, останавливаясь в холле и закрывая за собой дверь, тем самым отрезая их от остальных мужчин. – Но могу обездвижить. Знаю, ты хочешь меня убить за то, что вмешала детей, но я сделала так, как лучше для меня и для тебя. Ты навсегда останешься вожаком этой стаи, так что радуйся. Еще больше власти в твоих руках, я-то знаю, как ты ее любишь.
Ноа зарычал, хищно оскалившись. Он понимал, что она сбежит, если он начнет обращаться, воспользовавшись этим.
- Я все равно уйду, Ноа, - будто понимая ход его мыслей, улыбнулась ведьма. - Но, мы еще поговорим как-нибудь. А напоследок, я, так и быть, снова помогу тебе.
Обездвижив его взмахом руки, Лиз внезапно достала из кармана платья свой ритуальный кинжал и всадила его в его загривок. Тело мгновенно охватила боль, а по шерсти потекла горячая кровь, но он и с места не сдвинулся, парализованный, до тех пор, пока она не ушла. Только рухнув на пол, как подкошенный, Ноа смог начать обращение обратно в человека, давшееся ему труднее, чем когда-либо. А в следующий миг раздался, леденящий душу, крик Кьяры. Последнее, что он увидел, было, перекошенное от ужаса, лицо жены.
***
Кьяру трясло от эмоций. Ее мозг просто отказывался принять все произошедшее. Она сидела в комнате ожидания в больнице и раскачивалась из стороны в сторону. В коридоре столпились люди: Хэйс, который первым подоспел на помощь, когда Ноа ранили, леди Хелен и Амелия, уже пришедшие в себя, несколько Глав родов, включая ее отца и даже Луиза, трескотня которой разносилась где-то на заднем фоне.
Кьяра никого не видела и не слышала. Она не ощущала рук Амелии, обнимающей ее за плечи, не видела стакана воды, который протянул ей Хэйс, не слышала слов ободрения от свекрови и ее тихую молитву. Все, что девушка видела перед собой – это мертвенно-бледное лицо Ноа, его тело, окрашенное в багрово-красный, закрытые глаза, которые не открывались, как бы она не звала его и холодную кожу. Ледяную. Но ведь это Ноа! Он всегда был таким горячим, его кожа обжигала жаром, а глаза способны были подчинить волю одним только взглядом. Как он мог вдруг так угаснуть? За считанные минуты. Этого не могло случиться. Он не мог уйти от нее.
***
- Кьяра?
Хриплый шепот. Такой слабый. Но она услышала. Кьяра вскочила с кресла, на котором уснула и подошла к больничной кровати. Ноа все еще был мертвенно-бледным и выглядел слабым, но его взгляд был наполнен силой, когда она посмотрела на него.
- Я не знал…
- Не говори, я позову доктора, - прервала его девушка.
Теперь, когда она знала, что с ним все будет в порядке и больше не боялась за его жизнь, ее гнев вернулся. Да, она любила этого эгоистичного ублюдка, волновалась о нем, но он все еще был человеком, подвергшим опасности детей и предавшим ее доверие. О том, что случилось с ее последней памятью об Алекс, Кьяра пыталась не думать.
- Постой.
