Ему каким-то чудом удалось схватить ее ладонь. Он был слаб, как котенок и она с легкостью могла вырваться, но не стала. Потому что ее остановили слезы в его глазах. Она сошла с ума или Ноа Фитцджеральд действительно плакал?
- Мне очень жаль… - прошептал он. – Из-за нашей дочери.
А вот это было по-настоящему больно. Сломало ее. Кьяра вырвала свою ладонь, будто обжегшись, и упала задницей прямо на пол. То, о чем она запрещала себе думать, вырвалось на свободу, раня так сильно, что ей хотелось расцарапать грудь и вырвать свое сердце, лишь бы оно перестало так болеть. Кьяра взвыла, словно раненое животное, полностью окунувшись в свою боль. Она не слышала грохота, когда Ноа упал, попытавшись встать с кровати, не ощущала его рук, обнимающих ее, не искала утешения в нем. Кьяра плакала о своей дочери, полностью выпустив эту боль наружу, и плакала до тех пор, пока врач не вколол ей успокоительное, после которого она просто отключилась. Она не сможет забыть. И простить тоже, наверное, не сможет.
***
Ноа вернулся домой через два дня. Кьяра больше не навещала его в больнице, но узнавала о его состоянии у леди Хелен. Тем утром, когда он должен был вернуться, Кьяра специально поехала навестить Лили, а вернувшись домой после обеда узнала, что несмотря на предписания врачей, Ноа проигнорировал постельный режим и работает в кабинете.
- Я волнуюсь за его самочувствие, - сказала леди Хелен. – С утра здесь собрались все члены совета и провели экстренное собрание, продлившееся больше трех часов. Люди паникуют. Главы родов оповестили всех своих о произошедших изменениях, но они все равно продолжают звонить и пытаться встретиться с Ноа. Как будто он скажет им что-то новое.
«Вот ведь упрямый осел!»
Ни слова не говоря, Кьяра выскочила из гостиной и решительно направилась в сторону кабинета, однако у двери ее задержал Мёрдок.
- Леди Фитцджеральд, Глава сейчас не может Вас принять.
Девушка бросила на него уничтожающий взгляд.
- Уйди с дороги, Мёр… мистер МакНамара. Я в любом случае войду. Или хотите меня остановить?
Приподнятая бровь, скрещенные на груди руки – весь ее вид говорил о том, что она не сдастся, а Мёрдок не имел права ее касаться, даже чтобы удержать, и они оба это знали.
- Пожалуйста, не надо! - попросил он.
- С дороги, я сказала!
Он отошел и Кьяра распахнула дверь, даже не постучавшись. Ноа с Хэйсом и Риганом склонились над какими-то чертежами, но удивленно подняли головы, стоило ей войти. Если бы она не была так зла, то наверняка смутилась бы от их пораженных взглядов на такое неподобающее для женщины, поведение.
- Глава, мне нужно Вам кое-что сказать. Немедленно!
Ноа обеспокоенно оглядел ее с ног до головы и сделал знак мужчинам, чтобы вышли.
- Что случилось? – спросил он, как только за ними закрылась дверь.
Он выглядел очень бледным и изможденным. Того и гляди, сляжет, идиот!
- Ты ел? – спросила она, подходя ближе.
- Что? – удивился Ноа.
- Обедал?
- У меня нет времени, Кьяра. Если у тебя ничего важного…
- Значит и лекарства не пил! - зло перебила она его, обходя стол и тяня за руку, чтобы поднять, но Ноа, внезапно, дернул ее на себя, из-за чего она упала на него, наверняка, задев рану.
- Ноа! Ты сделаешь себе больно!
- Все равно, - отмахнулся он, устраивая ее на коленях и пресекая попытку встать.
- Рана откроется! – воскликнула девушка, пытаясь заглянуть ему за плечо.
- Пусть откроется. Снова зашьют.
Взяв за подбородок, он поднял ее голову, смотря в глаза тем самым, пробирающим душу, взглядом, который она меньше всего хотела видеть, и погладил большим пальцем родинку в уголке губ.
- Ведьмочка моя…
Победил. Снова. И ему даже делать ничего не пришлось. Кьяра уперлась лбом в ключицу мужа и глубоко вздохнула. Почему? Ноа только и делал, что предавал ее, обижал, отодвигал на второй план. А она прощала. Потому что чувства затуманивали голос разума, делая ее безвольной куклой в его руках. Но так нельзя! Она теперь не только жена, но и мать, и, как мать, не может позволить себе больше этой слабости.
Подняв голову, Кьяра посмотрела ему в глаза и сухо заметила:
- Если хочешь и дальше ходить на своих двух, то лучше пообедай и прими лекарства. Потом можешь продолжить работу.
И пока Ноа обескуражено пялился на нее, вскочила с его колен и направилась к выходу.
- Кьяра!
На его оклик девушка только захлопнула дверь.
***
Ноа работал, даже когда настало время ужина. Поел в кабинете и продолжил принимать посетителей, число которых только росло, даже несмотря на скорое наступление ночи. После ужина Кьяра с Амелией поднялись в детскую, и, вместо своего обычного ритуала принятия ванны вместе с Тори, Кьяра решила завести новый. Ноа был прав, когда говорил, что они не должны делать разницу между детьми. А время мамы и дочки у них с Тори еще наступит, когда девочка подрастет и будет в том возрасте, когда мать становится подругой и советчицей.
