Для сравнения: в самом страшном по засухе 1911 году выпало 52 миллиметра осадков, в нынешнем — девять, то есть почти в шесть раз меньше. Тогда посевы погибли почти полностью и разразился голод, сейчас колхоз намолотил около 60 пудов с гектара — такой намолот прежде считался добрым даже в хорошие годы. Около 60 пудов — это на круг, а по паровому клину урожай переваливал и за сто пудов.
Сравнивая, Мальцев гордился: за все время своего существования колхоз «Заветы Ленина» никогда не бывал без хлеба, ни в сухие годы,— из последних десяти лет восемь были сильно засушливыми,— ни в холодные и дождливые, которые случались реже. А были всегда с хлебом потому, что полевое хозяйство в колхозе ведется с учетом существующих природных условий, а не наперекор им, не на авось. С годами менялась агротехника, как и в целом система земледелия, но пар оставался основой, фундаментом любого севооборота, потому что без него повышать культуру земледелия, утверждал Мальцев, так же немыслимо, как без школ и библиотек — культуру народа...
Сам стоял на этом и других предупреждал:
— Без пара, и пара хорошего, Сибирь может покрыться сорняками, наносящими огромный вред урожаям, и посевы в большей мере могут подпадать под вредное действие часто повторяющихся губительных засух...
Он хорошо знал, что сорняки, расплодившиеся в годы войны, все еще отнимали добрую половину сибирского урожая, а если ликвидировать пар как ремонтное поле, то они и вовсе задавят посевы. Так уже и было во многих хозяйствах.
Однако страстные предупреждения его явно не соответствовали общему настроению: все уже знали что-то такое, чего не знал он, Мальцев. Ему доказывали, что пар вполне можно занять кукурузой, которая даст нам нужное количество зеленой массы. К тому же, если за ней хорошо ухаживать, и с сорняками можно разделаться еще лучше, чем на паровом поле.
Мальцев оказался в странном одиночестве: все, кто еще вчера соглашался с ним, кто активно поддерживал его, сегодня так же активно спорили с ним, выставляя массу доводов в защиту новой идеи.
Может быть, он чего-то не понял? Может быть, и правда, занятый кукурузой пар будет не хуже чистого? Утверждают-то так вполне ответственные люди, и ученые их поддерживают — значит, проверили, поэтому и уверены в успехе.
Правда, занимать чистый пар пытались и раньше — и зерновыми на зеленый корм и травами,— однако паром такое поле не называлось, а называлось тем, чем и было оно занято: гороховищем, виковищем или картофелищем. Но пар, занятый кукурузой?..
Что ж, надо попробовать.
И Мальцев припоминает, прикидывает, думает: если пары, как предлагается, занять квадратно-гнездовыми посевами кукурузы с узкими междурядьями, то механизированная обработка возможна лишь до определенного периода роста. После этого трактором уже не въедешь и земля сильно зарастет сорняками. Выход тут один — оставлять широкие междурядья, располагать рядки не через 70, а через 210 сантиметров. Широкие междурядья позволят обрабатывать посевы все лето в разных направлениях. При таком редком посеве можно будет и с сорняками бороться и влагу в почве накопить и сохранить. Пусть и не так хорошо, как в чистом пару, но все же лучше, чем при густом севе.
А сам продолжал биться не за использование, а за сохранение паров: отводить пятую часть земли под чистый пар в наших условиях мы вынуждены, иначе поля могут превратиться в заросли сорняков, а посевы в случае засухи не дадут урожая. Будет возражать: термин «занятый пар» — это самообман, придуман для самооправдания, чтобы не быть без пара. Любое занятие пара ведет к снижению будущих урожаев, к снижению культуры земледелия — мы сами к себе лезем в карман.
Однако ни доказать, ни отстоять свою точку зрения ему не удавалось. Не приняли и его рекомендации по широкорядному севу. В руководстве сельским хозяйством все заметнее проявлялось своеволие, которое впоследствии назовут волюнтаризмом.
Мальцев открыто противился этому своеволию. Встревоженный положением дел, он поднимется на трибуну очередного Пленума ЦК КПСС, созванного в январе 1961 года, и скажет резко: хватит уступать, уступки ведут к беде.
— Мне кажется, стоило бы серьезно подумать о том, чтобы земля у нас находилась в крепких и заботливых руках. Земля просит хозяина не на день и не на два, а на многие годы. Неужели у нас среди агрономов не найдутся такие люди, которым можно было бы доверить заботу о земле, чтобы они держали ее в своих крепких руках и поднимали плодородие, следили за чистотой полей?! Ведение полевого хозяйства нельзя обезличивать, и не надо позволять кому попало вмешиваться куда не следует... Мы согласны в наших условиях соревноваться с любым ученым за лучший урожай. Это соревнование надо обязательно организовать...
Надеялся, что такая решительность заставит хотя бы задуматься и усомниться в том, что рекомендовалось все настойчивее. Верил, что поймут: проверка идей должна состояться до того, как они начнут широко внедряться в производство. Сам же продолжал размышлять: может, пар действительно не нужен? Задавшись этим вопросом, он ответил на него однозначно.
