Его размышления были прерваны появлением отряда сторожевых казаков. В вечерних сумерках над дорогой встали столбы пыли, поднятые копытами лошадей. Семен сразу понял, что в городе и вокруг него располагались лагерем многочисленные войска.
- Чьего войска будете? - спросил он людей, остановивших его отряд у окутанного вечерними сумерками темного леса.
- Поедем, казаче, к есаулу, там все тебе скажут.
- Не казаче, а... атаман, - сердито ответил Семен, которого разозлила эта обидная сдержанность реестровых казаков.
Долго ехали лесом. Уже совсем стемнело, когда они выбрались на берег реки и дозорные разыскали у переправы своего начальника. Молодой есаул внимательно выслушал дозорного, присматриваясь в темноте к Семену и его товарищам. Он был невысок ростом, невзрачен, одет так, словно собирался танцевать мазурку, - в ярко-красного цвета кунтуше с бесчисленным количеством мишуры, в новых сафьяновых сапожках, опоясывал его кованный серебром ремень, на котором висела дамасская сабля. По одежде прибывших, по их вооружению есаул без труда узнал в них людей, приехавших с поля боя, и разговаривал с ними уважительно.
Сперва Семен не проявил никакого интереса к молодому есаулу. Несет человек свою службу, как того требуют обстоятельства военного времени, вот и все. Было вполне естественным то, что есаул внимательно присматривался к Семену - старшему в отряде. Казалось, что есаул смотрел на бывалого атамана с тем завистливым чувством, которое возникает у молодого воина при встрече с более опытным.
Но вдруг Семен с тревогой вспомнил о том, что с этим есаулом он уже встречался где-то в военных условиях, что и тогда тот был подчеркнуто аккуратен в одежде, точен в несении службы и почтителен к старшим.
- Говорите, от воеводы Болотникова с посольством к его величеству? спокойно спросил есаул. И тут же добавил: - Я не уверен, что его величество сможет принять пана посла сегодня. Вам лучше переночевать вместе с нами, отдохнуть. Я же доложу о вас пану полковнику...
- А нельзя ли узнать, кто ваш полковник, уважаемый пан есаул, если это не тайна? - спросил Семен. Ему казалось, что он вот-вот вспомнит, где и когда уже видел этого человека.
- А почему же нельзя? - удивился молодой есаул. - На движение пана Болотникова возлагает свои надежды его величество, под знаменем которого собираются сейчас казацкие отряды и кварцяные [правительственные (польск.)] войска польского короля под командованием Романа Ружинского...
- Разве? - невольно вырвалось у Семена.
В этом возгласе чувствовалось не только удивление, но и возмущение. Может быть, это понял и есаул, но сделал вид, будто ничего не заметил. А может быть, и в самом деле вопрос Семена он воспринял как проявление простого любопытства - трудно сказать. Немного подумав, есаул ответил:
- Ну да, конечно. Думаю, что полковник Сагайдачный, как наказной атаман гетмана Олевченко... да и сам князь Ружинский охотно побеседуют с паном атаманом, если он пожелает выяснить этот вопрос.
- Полковник Сагайдачный - наказной атаман? Нет, пожалуй, не стоит на ночь глядя беспокоить его, а тем паче - князя Романа. Мы будем очень благодарны пану есаулу, если он доложит его величеству о нашем прибытии и о том, что мы просим срочно принять нас. Как пан есаул заметил, мы приехали сюда прямо с поля брани под Москвой, только проездом немного задержались в Путивле. Воевода Ивашка Болотников просит выслушать меня, его посла, чтобы получить совет, как действовать впредь...
6
По казацкой привычке собирались заночевать прямо здесь, возле куреня есаула, на мягком, пускай и прошлогоднем сене. На прибрежных лугах росла высокая трава, по которой давно соскучились утомленные кони Семена и его товарищей. Есаул велел казакам приготовить уху для гостей, а сам, сев на оседланного коня, собирался вброд переправиться через реку, чтобы известить полковника о прибытии послов. Семен пешком сопровождал есаула до самой реки, прося его убедить полковника в необходимости немедленного приема их царевичем. Сейчас же Семен, стоя одиноко на берегу, думал, хорошо бы хоть на день-другой съездить на Днепр, в Переяслав.
- В цалковитой ли мы здесь безопасности, атаман, аль нет? - неожиданно послышался голос Силантия. Тот всегда старался разговаривать с Семеном на украинском языке, неверно произнося при этом отдельные слова.
- Кажется, как у себя дома, - вполне искренне ответил Семен.
