Её одинаково передёрнуло и от выкрика, и от последовавшего приказа. Он, разумеется, тут же заметил и стал многословно объяснять, мол не начнёшь же рассказывать каждому, как написано в современных документах, "документы, паспорта, бумаги, вечно им нужны какие-то бумаги, вечно требуют доказательств, что ты не кентавр или, как теперь говорят, не верблюд, впрочем, разница небольшая, но одно дело, когда тебя каждый знает в лицо, когда тебе строют храмы, когда на тебя молятся, и совсем другое, когда ты не ты, а бесплатное приложение к бумаге". Казалось, у недовольной этой речи не будет конца, поэтому Сандра решилась.
- Хорошо, - она перебила осторожно, но требовательно. - Кто же тогда я?
- Да что это с тобой? - Алон теперь выглядел раздражённым. - Застопорило совсем? Этот твой, - он кивнул на Иосифа: - Еще не сообщил?
Она передернула плечами. Иосиф нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
- Ладно, извини, - буркнул Полинер. - Ты - Касс, потом - Троянская царевна Кассандра, моя ученица.
- По древнегреческим мифам, Аполлон подарил Кассандре дар ясновиденья, - медленно начала девушка. - Но она отвергла его любовь, - на этих словах Алон заметно поморщился, - и бог наказал провидицу тем, что заставил людей никогда не верить её предсказаниям...
- Да ладно тебе, - перебил он её. - Они и всегда-то всё переиначивали, а этот ещё слепой был... И фантазер вдобавок. Просил же я его тогда на базаре...
- Так ты действительно знал самого Гомера? - Ахнула Сандра. В голове у нее не укладывалось, что перед ней Аполлон, и вдобавок он еще знал...
- А кто его тогда не знал, - махнул рукой Алон. - Да и счастье большое якшаться с этими гениями. То пьют и машут кулаками, то развратничают, то ноют, то бьют себя в грудь, то, наоборот, дерутся на дуэлях... И вечно сидят без гроша, и никогда им ничем не угодишь... И постоянно требуют внимания... И, разумеется, плюс ко всему прочему, никогда ни с кем не уживаются, даже сами с собой. Этот, конечно, еще без конца цеплялся ко всем со своей кифарой... Приставал философией... В душу лез песенками... Подумаешь, певец... Ни голоса, ни слуха... Ну и сочинял бы поэмы... Сплошной вымысел... Нет, надо было непременно их петь... Сам себя хотел переплюнуть...
- В каком смысле? - Спросила девушка.
- А! - Скривился Алон. - Орф всегда со мной соревновался... Подумаешь, конкурирующая фирма... Как теперь говорят... Женщины ему нравились только мои... Да-да, даже ты, - он кивнул Саре: - А ты полагала, я не замечал?
Яшка изумленно возвел брови, пожимая плечи, потом приложил руки груди и, глядя то на Сандру, то на Иосифа, стал отрицательно качать головой.
Полинер между тем увлеченно проолжал: - Ага, рассказывай... Всё изобретал новые формы... Хулиганские словечки... Дурные рифмы.... Какие-то дешевые темы для массовой популярности... Гром вместо музыки... Радость для кентавров... Они-то его и растерзали... Вот в результате и доизобретался, в одной прекрасной жизни оказался слепцом. То есть, именно тем, кем на самом деле и являлся. А теперь? Вон, полюбуйся на него, алкаш алкашом, - Полинер кивнул на онемевшего Яшку. - Играешь хоть на барабане? Сочиняешь хоть попсу, клоун несчастный... Докуролесился? Ладно, по крайней мере, зрячим родился...
- Я русский офицер, четырежды твою мать, блин, - выпятил грудь Цыган...
- Ну и радуйся, - отмахнулся Алон. - И нечего, нечего, нечего тут на меня кулаками махать. - Он сделал неуловимое движение ладонью и Яшка отлетел назад на несколько шагов, едва удержавшись на ногах.
- Это по-прежнему не делает тебе чести, Апол, - с упреком сказал Иосиф.
- Опять же, тебя не спросили, - огрызнулся тот.
- Хорошо, - кивнул Иосиф. - Вроде бы я слышал голос Рамтея? - Он снова кивнул, только на этот раз куда-то вверх. - С ним-то хотя бы пообщаться можно?
- Сколько угодно, - осклабился Алон. - Ты прав, он здесь, в своем аэробиле. Только Рамтей изменился. Заметь, он прилетел с нами... Просто скуки ради. И Артема здесь, и Фина, и Арс... Тоже скуки ради... Удивляюсь, что мы тут не устроили новый потоп еще во времена инквизиции... А потом в прошлом веке...
- Вы серьезно были к этому близки? - не поверил Иосиф.
- Пожалуй, - усмехнулся Полинер. - Рамтей все колебался. Не считал себя вправе вмешиваться в развитие чужого мира, а сейчас все-таки и он хлопнул кулаком. Решился, наконец. Допекли. Неужели тебе все еще жаль этих тварей?
- Они не твари, они человеки, - горько сказал Иосиф под саркастический смех противника. - Прошу тебя, позови Рамтея. Дальше мы с Касс как-нибудь справимся сами.
- Знаю я, как вы справляетесь, - весело ухмыльнулся Алон.
- Да что вы себе позволяете! - вдруг вступила в разговор Дина.
- Это ты что себе позволяешь, - усмехнулся Полинер. - Не в твоей весовой категории богов критиковать.
- Да как ты смеешь оскорблять мою жену!
- Как вам не стыдно так с женщиной!
- Козел ты, а не Апполон!
С трех сторон на Алона бросились Феликс, Яшка и Фиана. За ней, на ходу ее отодвигая, рванул Роберт.
Бедная Ундина застыла, будто ей плюнули в лицо.
- Все на одного, да? - С презрением веселился Полинер.