Потом от души заржал Цыган, а еще потом Лапни, уже русалка, отключилась от всего мира и полетела под водой от края до края, туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда, больше ни к чему не прислушиваясь.
До встречи с Алоном Полинером образовался перерыв, достаточный для обеда. Впрочем, ничего особенного: Сара любила салатики с сырами из маркета здоровой еды, весьма популярного в Сан-Франциско. Да и повсюду в Северной Калифорнии были распространены эти магазинчики под зелеными крышами, где в любое время года на прилавках красовались свежие овощи и фрукты, а мучное и каши без жира и сахара изготовлялись из цельной крупы, молочные же продукты вообще вне конкуренции. Мясо, конечно, продавалось отборное, но убоины девушка с детства в упор не видела. Вот и сейчас засунула в тостер тортийю, накануне собственноручно поджаренную со смесью сыров с зеленью, заварила зеленый японский чаек и села трапезничать с газетой. Но прочитанное в средствах массовой информации быстро отбило охоту жевать.
Сандра закрыла газету и набрала родителей. Те уже ожидали ее звонка, зная: новости не оставят дочь равнодушной.
- Я не понимаю, за какие провинности так критикуют мирную демонстрацию и всю резервацию, - начала Сара и процитировала: "Свиньи тоже люди???", "Бывают и свиньи-людоеды!", "Вызов сумасшедших", "Поборники извращенцев", "Обнаглевшие обжоры мутят воду современного общества", "Дерзкая попытка больных привить здоровым свою заразу", "Не позволим развинченным уродам развратить красоту!", "Пора остановить зарвавшихся маньяков!"... - Чем ожесточили общество эти несчастные? За что их вдруг так люто возненавидели? За просьбу несчастных отчаявшихся людей не называть их свиньями?
- Фашизм чистой воды, - отозвался отец. - Каждый знай свое место.
- Так уж только фашизм? - тут же съерничала мать. - А клика против еврейских врачей? А травля Пастернака? А суды над писателями и поэтами?
- Тот же фашизм, - возразил папа. - Только наш, советский... А это - я даже не представляю, когда американцы успели так озлобиться... И вот козлы отпущения. Выявились, наконец. Только это не совсем то. Это действительно торжество фашизма: "Каждому свое". Козлизм с человеческой харей!
- Ужас! - сказала Сара. - Моя подруга живет и работает в резервации. Это все надо понимать как реальную угрозу?
- Я бы подождал несколько дней, прежде чем делать выводы, - медленно произнес отец. - Может, заглохнет... А может, и раскочегарится!
- Не дай бог! - воскликнула мать. - Все же это Америка - не Россия, не Германия.
- На то и надежды, - рассудил папа.
- А ты случайно не планируешь...
Сандра прервала маму: - Нет, конечно. - Для доказательства своей решимости и успокоения родителей добавила: - Что мне до всей этой свары?
На самом деле, мысль о скором сборе вещей уже ее посетила, а отъезд в резервацию намечен на тот самый момент завтрашнего дня, когда закончится прием. Если, конечно, не ослабнет напряжение. Сегодня Кас-Сандра ждала двоих: Алона Зелмовича Полинера, а потом - Ундину Уайт.
Алон Зелмович Полинер, родом из Питера, эмигрант из Израиля, не производил впечатления человека, нуждавшегося в медицинской помощи.
При ближайшем рассмотрении через кухонный стол выявились следующие черты: высоченный шатен атлетического сложения, золотистые ресницы, усталые, карие, с золотистыми же крапинками глаза. Аура не проявляeтся. То ли умеет защититься от посторонних глаз, то ли не жилец на этом свете. Депрессии никакой, по крайней мере, на лице не обнаруживается.
- Не знаю, сумею ли вам помочь, - наконец, после долгих раздумий, призналась Сандра.
- Отчего ж? - В его как-будто отрешённом голосе послышалась насмешка.
- Вы какой-то не такой... - Сандра попробовала поднести ладонь к его плечу.
Где-то в полуметре чувствовалась преграда. Ясновидящая скользнула рукой вдоль гладкого, отталкивавшего чужие поля экрана; внимательно посмотрела на клиента. Похоже, тот ухмылялся.
- Зачем вы пришли? - Спросила женщина, резко отдёрнув руку.
Странный клиент по-бычьи опустил голову.
Очень здоров и очень силён, - Сандра подумала об этом, но не сказала вслух. Ещё она подумала: он дьявольски хорош собой, со своим спортивным телом, утончённым лицом и тёмно-русыми, чуть ли не до плеч кудрями.
- Ты тоже чертовски соблазнительна, - клиент вдруг стал фамильярным. Ну ничего себе!
- Вы явились, чтобы поведать мне об этом?
- Не только, - он улыбнулся.
Сандра почувствовала тревожную волну, поднявшуюся откуда-то со дна и ударившую в грудь изнутри.
- Не бойся меня, - проникновенно произнёс Алон. - И, прошу тебя, не прогоняй. Поверь, я не способен причинить тебе зло.
Она действительно не чувствовала опасности, но тревога завладела всем существом девушки.
- Мы успели перейти на ты? - Осведомилась она.
- Конечно. Давно. Впрочем, как даме угодно, - отрывисто сказал он, изучая её глазами. - Я прочитал ваше объявление, - он выделил это "Ваше". - Так лучше?
- Приличнее. Итак? - Сандра посмотрела прямо в его насмешливые глаза. - Чем могу?
